RU
Все новости

Старый новый дом

Жизнь в прифронтовой зоне напоминает русскую рулетку, в которой между опциями «выжил» и «застрелился» есть промежуточные варианты, например, остался без работы (коснулось почти всех) или потерял кого-то из близких (тоже нередкий случай). Но те, чей дом был разрушен, категория особая. За какие-то секунды они теряли не только крышу над головой, но и все, что наживалось годами. Большая часть тех, кто это пережил, уехали навсегда, даже не помышляя о возвращении. Многие, впрочем, живут мыслью о том, что обязательно нужно вернуться. Но как?

Собственных средств для восстановления жилья не хватает, а на государственные рассчитывать не приходится. В таких обстоятельствах остается только один вариант – международные организации. Пока они помогают точечно, но те, кому повезло, всего через несколько месяцев получат реальное жилье, а не дом из песка и тумана.

От линии к границе

«Не страшно ли возвращаться? Да нет, привыкли уже, – нервно смеется Валерий Бабенко, житель Попасной. Ему 52. Снаряд, уничтоживший дом, лежит у него прямо под ногами. – Знаете, мать и Родину не выбирают. Мы в Попасной жили 28 лет, собираемся и дальше. Все равно домой тянет. Приедем, начинают сильно обстреливать, снова уедем к родственникам. Жена с дочкой и сейчас там, а я с сыном здесь».

Если город Попасная находится на линии разграничения между Украиной и оккупированной частью Луганской области, то село Пелагеевка (Танюшевский сельсовет, Новопсковский район), в которой семья Бабенко жила у родственников почти два года, находится всего в нескольких сотнях метров от границы настоящей – с Российской Федерацией.

По переписи населения 2001 г. в Пелагеевке жило 63 человека. Сколько сейчас – страшно представить. «Там на хуторе, где мы жили, даже магазина нет», – сетует Валерий. И он, и его жена Алла родились в Пелагеевке, но давно привыкли к удобству городской жизни.

От критериев до строительства

Валерий окончательно вернулся в Попасную для того, чтобы контролировать процесс строительства дома, который проходит благодаря помощи Норвежского совета по делам беженцев (NRC).

Проект по восстановлению жилья начался с того, что эта международная гуманитарная организация запросила у местных советов списки полностью разрушенного жилья. В итоге получился перечень из 450 объектов. Инженер NRC Владислав Соболев лично осмотрел 200 домов (точнее, руин) и пообщался с семьями, жившими там. В остальных случаях связь с хозяевами установить не удалось.

Все претенденты на участие в программе по восстановлению разрушенного жилья оценивались по шести критериям:

– во время войны погиб кто-то из членов семьи

– в семье есть инвалиды;

– желание участвовать;

– низкий уровень дохода;

– многодетная семья;

– одинокий человек.

Семья Бабенко соответствует, по крайней мере, четырем критериям.

Жизнь по соседству с разрухой и смертью

«Снаряд попал в дом 29 января 2015 года около 20:30, нас тогда здесь не было, потому что сильно обстреливали, и мы выехали. Утром нам позвонили соседи, сказали, что было прямое попадание. Мы приехали, хотели хоть что-то спасти из руин, но опять попали под минометы. Взрывы были прямо перед двором, и мы все бросили, и уехали, – вспоминает Валерий. – Тут недалеко, по Воровского, 115, жила наша тетя с дедушкой. Они тоже какое-то время жили вместе с нами в Новопсковском районе, а потом приехали сюда, и погибли. 15 февраля, в первые минуты "перемирия"».

Улица, которую Валерий по старинке называет Воровского, год назад переименовали в честь Марка Пославского, американца украинского происхождения, который после начала войны продал свой бизнес, принесший ему миллионы, и поехал на фронт добровольцем. Погиб 19 августа 2014-го в Иловайске.

У Валерия до войны тоже был свой небольшой бизнес, в сфере грузовых перевозок. Машину он успел угнать подальше от боевых действий. Судя по интонации, с которой он об этом рассказывает, это было чуть ли не единственным, что удалось спасти. Сейчас мужчина не работает, занимается строительством дома, на большее у него попросту не хватает времени и сил.

А ведь придется еще чем-то обставлять дом. «Мебель – вся побитая стоит: там двери, вон холодильник разбитый лежит, смотрите, – Валерий проводит небольшую экскурсию по своему двору и гаражу. – Взрыв такой силы был, что все разрушено. А раньше у меня тут пластиковые окна стояли, алюминиевые двери… Все хорошо было: двойное отопление (галанка и двухконтурных котел), вода круглосуточно, интернет».

В контакте с реальностью

Семья Бабенко осталась без крыши над головой, но не без помощи добрых людей.

«Когда мы уехала в Новопсковский район, нам звонили из горсовета, Татьяна Кондаурова, Юрий Онищенко, спрашивали, как мы там. Казалось бы, разбомбили уже, ну забудьте. Но нет, звонили, давали номера телефонов международных организаций. Как-то надо было жить, мы ведь одновременно потеряли и дом, и работу», – сетует Валерий, явно не привыкший просить о помощи.

Условия договора между Норвежским советом по делам беженцев и теми, чьи дома разрушены, говорят, что организация предоставляет стройматериалы, которые, кстати, исключительно украинского производства (кирпич из Рубежного, шлакоблок из Бахмута, лес из Кременной, безасбестовый шифер из Ивано-Франковска…), и деньги на строительные работы.

Размер выделяемых средств определяется в зависимости от количества членов семьи. 8 тысяч долларов в случае, если человек одинок (площадь дома, исходя из которой высчитывается эта сумма – 30 кв. м), 9,5 тыс. долл., если в семье 2-3 человек (42 кв. м) и 54 кв. м, если в семье четыре человека и больше (11 тыс. долл.). При этом семьи, как правило, стараются сохранить ту планировку, которая у них была. Это связано как с ее привычностью, так и с тем, что подведенные коммуникации были рассчитаны именно на такую планировку.

Сумма, выделяемая NRC, – фиксированная, поэтому если у человека получится сэкономить на строительстве, разницу никто отбирать не будет. Вместе с тем, деньги выделяются поэтапно, и прогресс работ контролируется.

«Первый этап – фундамент (монолитный пояс), второй – стены, третий– кровля, четвертый – отделочные работы. Каждый этап фиксируется на фотоаппарат, и после завершения очередного этапа строительства мы перечисляем деньги», – рассказывает Игорь Каменский, координатор проекта по восстановлению жилья в Луганской области NRC.

Возвращение

В том, что дом, еще пару месяцев назад стоявший в руинах, сегодня отстраивается (завершен уже второй этап), нет ничего удивительного. Но желание семьи жить в Попасной, и их вера в то, что здесь у них всё будет хорошо, действительно впечатляет. Маленькая деталь: 14-летний Максим Бабенко готовится поступить в Попаснянский профессиональный лицей железнодорожного транспорта на помощника машиниста. Сейчас в Попасную не ходит ни один поезд или дизель. Но и он, и отец отлично помнят, что до войны Попасная была крупным железнодорожным узлом, и верят, что все вернется на круги своя.

Впрочем, как ни странно, жизнь, пусть и с медлительностью улитки, но действительно возвращается в привычное русло.

«Жизнь просто стала дороже, а так – как жили, так и живем», – немного раздраженно говорит Владимир. Он – один из друзей Валерия, помогающий ему со строительством.

Через пару минут случайно слышу чью-то реплику: «Потише стало. Сегодня вот спали. две ночи уже спим».

Цифры, за которыми люди

От обстрелов в Донбассе пострадали тысячи домов. Каждый десятый был разрушен полностью.

«В Попасной полностью разрушено 58 домов. Частично было разрушено около 200, повреждено около 2000, но мы их почти все восстановили с помощью NRC и Mercy Corps. За счет фондов мы вставляем людям окна, меняем отопление, восстанавливаем кровлю. А этот проект у нас первый по восстановлению полностью разрушенных домов», – рассказывает Татьяна Кондаурова, старший инспектор отдела ЖКХ Попаснянского горсовета.

Владислав Соболев говорит, что в Попасной он обследовал порядка 25 объектов жилой недвижимости. Из них под первоочередное восстановление попали всего два. Также в этом году будут отстроены три дома в Станично-Луганском районе и один в Лисичанске. В прошлом году за средства NRC было отстроено три объекта в частном секторе в Лисичанске и один в Золотаревке (Попаснянский район).

«Около 500 частных домов было восстановлено в Попасной в прошлом году. 200-250 домов помогли восстановить уже в этом году. Еще шесть в этом году шесть будет отстроено «с нуля»: два – в Попасной, три – в Станично-Луганском районе и один – в Лисичанске. И 60 домов, которые разрушены наполовину», – говорит Игорь Каменский, уроженец Мариуполя, отвечающий в NRC за реализацию данного проекта.

Источник: Восточный форватер

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять