RU
Все новости

Иностранный студент в Донецке: Они не считают нас за людей и называют «обезьянами с деньгами»

После учебы в Донецком медицинском университете (в части вуза, оставшегося в неподконтрольном Донецке) иностранные студенты получили «филькины грамоты» и оказались под угрозой депортации.

Трое иностранцев – гражданин Ирака Абдуллах (на фото справа), пакистанец Хусейн Саид (в центре) и индиец Вайди (слева) в разные годы стали студентами Донецкого медуниверситета. Это было еще до начала вооруженного конфликта на востоке Украины. Вайди успел до конфликта отучиться один курс, Абдуллах и Хусейн закончили по несколько курсов. На сегодняшний день ситуация сложилась так, что потратив на учебу и жизнь в Донецке несколько лет и многие тысячи родительских долларов, парни оказались у разбитого корыта и находятся сейчас в Краматорске в положении нелегалов, «на заметке» у СБУ и под угрозой депортации.

Историю троих друзей-студентов рассказал один из них, иракец Абдуллах. Когда Донецк был захвачен, медицинский университет перебрался частично в Краматорск, частично – в другие города Украины. Но часть студентов и преподавателей остались в Донецке. Остались там и наши герои. Сначала они порывались было уехать. Они подозревали, что нужны «ДНР» и университету лишь как источник валюты, особенно после начавшегося роста платы за обучение. Но их подозрения развеяли сладкие обещания вузовского руководства.

«Когда была провозглашена "ДНР", нам сказали, что по окончании мы получим дипломы международного образца одного из российских медицинских вузов. Мы в это поверили, и остались. Дело в том, что формально для нас не было разницы – российские дипломы мы получим или украинские. И те и другие одинаково признаются действительными в наших странах», – рассказывает Абдуллах.

Первые тревожные сигналы поступили, когда в их студенческие документы стали ставить штампы с символикой «ДНР». Но самое худшее произошло, когда вместо обещанных настоящих российских дипломов иностранным студентам стали выдавать на руки «государственные дипломы ДНР российского образца». Солидно выглядевшие документы на самом деле оказались «филькиной грамотой» – нигде в мире не признаваемые дипломы непризнанной «республики».

Зато местным выпускникам, уроженцам Донецкой области, вуз выдавал легальные российские дипломы и многие из них отправились работать в Россию.

С восточной наивной непосредственностью парни кинулись «по инстанциям» искать правды. Но ни «омбудсмен ДНР», ни представители ООН и ОБСЕ, ни личный помощник «главы ДНР» Александра Захарченко, до которых им удалось достучаться, студентам не помогли.

Выход остался один – обращаться в легитимный вуз, Донецкий медуниверситет, базирующийся в Краматорске. Здесь им, естественно, тоже отказали в замене дипломов, потому как два последних года учебы в «ДНР» им никто засчитать не может. В итоге Абдуллах и Саид должны заново пройти обучение двух последних курсов, а их индийскому другу еще учиться, и учится – в Донецке при украинской власти он закончил только первый курс, а 2 и 3-й учился уже при «ДНР».

Но и восстановиться на учебе здесь, в Краматорске, оказалось не так-то просто. Возник ряд препятствий и формальностей. К тому же друзья попали под пристальное внимание СБУ.

Дело в том, что они имели право находиться в Украине только будучи студентами (по студенческой визе). Поскольку они не переехали в Краматорск вместе с университетом, а остались в Донецке, то по украинским законам студентами не являются, а, следовательно, и находиться на территории Украины права не имеют. Мало того, какие-то предприимчивые «чиновники» за баснословные деньги тиснули им в паспорта штампы, продлевающие разрешение на пребывание в Украине. Элементарная проверка СБУ показала, что это фальшивка.

Так что сегодня парни находятся под угрозой депортации. Правда, депортировать их пока не спешат и стараются помочь легализоваться, но чем все это закончится предположить трудно.

inostr2

«Ситуация, в которой мы оказались настолько печальна и нелепа, что даже становится смешно. А еще парадокс в том, что я приехал сюда учиться отчасти затем, чтобы уехать подальше от нашей неспокойной обстановки, терактов и экономических трудностей в тихую спокойную страну. А попал из войны в войну. Мы с друзьями успели полюбить эту страну, и после учебы я собирался остаться здесь, а теперь не знаю что будет», – говорит Абдуллах.

– Чем тебе понравилась Украина, и почему ты собирался остаться жить здесь?

– Здесь природа очень красивая, люди красиво и искренне улыбаются. Здесь хорошая кухня, и в Украине самые красивые девушки в мире.

Сначала мне все показалось здесь непривычным, особенно еда. Просто я привык к плову, к мясу, а сюда приехал – все пытаются накормить борщом. Но со временем привык и понял, что украинская кухня богатая и разнообразная. Я очень люблю блюдо, похожее на нашу долму, вы называете его голубцы. Самое любимое – это, наверное, блины. Блины со сметаной, с медом. Все кругом говорят о сале, но мы с Хусейном, естественно, его не пробовали. А Вайди пробовал, он христианин, и ему не запрещено. Но он говорит, что ему не очень понравилось.

К тому же Украина по сравнению с Ираком очень удобная для жизни страна. Мне многое здесь нравится. Сразу обратило на себя внимание, что у вас много автотранспорта, в том числе и общественного. И он, в отличие от нашего, четко распределен по маршрутам и ходит по графику. Также у вас много супермаркетов. Можно купить все, что угодно в любое время и в пределах пешей досягаемости.

Что касается намерения остаться здесь после учебы, то это и мое решение, и воля отца. Отец говорил мне: «Найди любой способ остаться в Украине». У нас в стране ситуация очень тяжелая. Это касается и безопасности жизни, и экономической ситуации. Нестабильная политическая обстановка. У нас люди считают, что если бы Саддам Хусейн сейчас возглавлял страну, жизнь была бы лучше. И это не мои слова, это слова тех, кто способствовал его свержению и казни. В общем, все непросто. Поэтому пока планирую оставаться здесь. Но жизнь по-всякому может сложиться. Может с отцом, с родителями что-то произойти и нужно будет им помогать и ухаживать, тогда я, естественно, уеду. Именно поэтому мне и нужен диплом международного образца, который будет признан у нас действительным.

– Какие изменения ты почувствовал, когда власть в Донецке захватила «ДНР»?

Я уже говорил, что мне люди в Украине очень понравились, но в Донецке очень сильно все изменилось. В последнее время возросли расистские настроения.

Они не считают нас за людей и называют «обезьянами с деньгами». Особенно это заметно в среде донецких таксистов. Они считают, что мы просто приехали сюда тратить деньги. Я вам скажу, что те иностранные студенты, которые здесь учатся – это люди скромного среднего достатка. Многие ребята живут на 100-200 долларов, которые им присылают родители. Если бы у нас была куча денег, мы бы учились в Штатах или Британии.

Здесь [в Краматорске] я спокойно хожу в своей национальной одежде (длинная белая рубаха дишдаша и головной убор яшмаг). Но в Донецке я так ходить боялся. Один раз вышел, меня чуть не убили, кривлялись, кричали «Аллах акбар!» При украинской власти такого практически не было, сейчас они сильно изменились, как-то зациклились на себе, считают себя государством. Чуть ли не каждый второй – вооруженный, и ходит с таким важным видом. Много наемников иностранных. Я когда работал на шаурме – часто видел французов и испанцев.

– Ты сам зарабатывал себе на жизнь?

– Нет. Когда в Донецке была украинская власть, я не работал, деньги на жизнь и учебу мне присылали родители. И сейчас присылают. Но когда в Донецк пришла «ДНР», банки перестали работать, перевод было невозможно получить, потому я пошел работать. В первой половине дня учеба, а потом работал на шаурме. Я, правда, не умею ее делать, потому работал на кассе.

– В исламских странах, люди, придерживающиеся традиций, соблюдают очень строгие принципы. У нас гораздо более свободные нравы. Это как-то повлияло на тебя?

– Я соблюдаю здесь религиозные принципы даже больше, чем в Ираке. Мне нравится, что здесь у человека есть свобода выбора, в том числе и того, как реализовывать свои религиозные потребности.

В то же время я вижу, что здесь достаточно много людей настроены против ислама. Они воспринимают его как воинственную религию. Меня это немного расстраивает, просто эти люди ничего не знают об исламе, и судят о нем по действиям тех людей, которые под знаменем ислама совершают неблаговидные поступки в своих корыстных или политических целях. На самом деле слово «ислам» тождественно слову «мирный».

Я, например, ко всем нормально отношусь и уважаю все религии. Я с удовольствием ходил в Донецке не только в мечеть, но и в индуистский храм и в христианскую церковь. Каждое воскресенье ходил. Я родился мусульманином, но у вас познакомился и с новыми религиями и с новыми людьми другой веры, и со многими из них у меня сложились очень близкие отношения, мы до сих пор общаемся. Некоторые даже плакали, когда я уезжал из Донецка.

– У тебя были друзья среди местных? Девушка?

У меня была в Донецке девушка, но это печальная история. Мы расстались. Я просто не могу дать местным девушкам то, чего они хотят. Я не могу пить, ходить в бары и на дискотеки и т. д. Я просто очень уважаю свою религию и того человека, который тяжело трудится на 60-градусной жаре, чтобы оплатить мою учебу. Мой отец инженер-механик. Но он не сидит в офисе, он трудится на улице, на объектах, где жара иногда достигает 66 градусов. Может быть, он не самый лучший человек и отец в мире, но для меня он самый лучший, поэтому я не могу делать то, что не одобрили бы мой отец и моя религия.

Другие наши ребята поменяли свой образ жизни, стали выпивать, ходить на дискотеки, встречаться с девушками. Но я не могу из-за этого считать их плохими. Нет. Просто это их личный выбор, и если их выбор не мешает и не вредит мне и окружающим, я не могу их осуждать. Но я такой, какой я есть, и меняться не собираюсь.

***

Хусейн и Вайди участия в беседе почти не принимают, сославшись на занятость и постоянные телефонные звонки. Видно, что как и Абдуллах, они очень переживают и сильно устали от происходящего.

Вайди в свое время ехать в Украину посоветовали друзья, которые учились в Луганском медицинском. Но контрактер, который помогал с оформлением документов, посоветовал Донецк. Вайди через интернет изучил информацию и отзывы о вузе и поехал в Донецк.

Для Хусейна медицина – это уже семейная традиция. В 2011 году Донецкий медицинский закончил его старший брат и посоветовал поступать туда же.

«Мама хотела, чтобы я стал врачом. У меня отец был военным врачом. Вместе с армией участвовал в некоторых военных конфликтах, иногда по 2-3 года не видел семью, поэтому мама не хочет для меня такой же трудной судьбы и хочет, чтобы я стал гражданским врачом», – говорит Хусейн.

Себя друзья считают заложниками ситуации и непредвиденных обстоятельств, возникших, главным образом, в результате конфликта и военных действий на Востоке страны.

Источник: КраматорскPost

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять