RU
Все новости

Жительница Донецка: Куда идем, к чему движемся – непонятно

Жительница Донецка (НКТ*) Ирина Кузнецова (фамилия и имя изменены) приезжает в Мариуполь (ПКТ*) каждый месяц. Ее муж работает в Донецке на шахте им. Засядько. Шахта одна из немногих перерегистрирована в Украине, поэтому руководство платит своим рабочим зарплату исключительно в гривне и только на банковские карточки. Сегодня для жителей Донецка обналичить банковские карты – настоящая проблема, украинская банковская система ушла из города еще летом 2014 года. Банкоматы «Центрального республиканского банка ДНР» заточены под финансовую систему внутри «республики».

Обналичивать приходится у «менял» – коллекторские фирмы, сотрудники которых сидят с ноутбуками практически в каждом магазине. Обналичивают под 4-5%, но связываться с ними опасно – можно засветить свою официальную банковскую карту в неофициальной системе.

Вот и приходится Ирине каждый месяц выезжать из Донецка в Мариуполь, чтобы снять деньги, закупить дешевых украинских товаров и остаток обменять на рубли (курс на подконтрольной территории более выгодный).

Далее приводим рассказ Ирины:

– Мы пытались выехать из Донецка в 2014 году. На Трудовских живем. От нас до Песок рукой подать. Страшно было. Частенько доводилось в подвал спускаться. Приехали тогда всей семьей в Мариуполь, покрутились и назад вернулись, как только ситуация немного успокоилась. Муж шахтер. Работу в Мариуполе не нашел. За какие деньги снимать квартиру?

Но вы знаете, наверное, выезжать все-таки придется. Ищем работу в Украине. Если получится найти – сразу уедем. Невозможно так жить. Безнадега какая-то. И жуткая тоска.

В центре Донецка это так не ощущается. Там «хозяева жизни» зажигают. Рестораны, магазины, ночные клубы – все работает. У людей есть деньги на такую жизнь.

Местные менты, военные, чиновники не зависимо от ранга хорошо живут. Все остальные – нет.

У меня под окном летом бесплатная кормежка работала. Не знаю, кто ее открыл, и за какие деньги, но там все время очередь стояла за бесплатным супом. Сейчас закрыли ее и сделали пивную.

У подавляющего большинства людей денег нет. Учитель в школе получает максимум 6 тысяч рублей (2449 грн по курсу «ЦРБ ДНР», – ред.). При нынешних ценах – это просто крохи, это чтоб не умереть с голоду.

Пенсионеры как получали 2400 рублями (980 грн, – ред.), так и получают. Один раз вроде выплатили на 10% больше, но уже в следующем месяце (в октябре, – ред.) местные «власти» всем объявили, что якобы украинские хакеры взломали их базу пенсионных начислений, и из-за этого доплаты отменяются.

Где логика? Нет логики. Всем сказали, все молча проглотили.

А на фоне таких мизерных выплат и зарплат цены на продукты растут. И беда не только в том, что они высокие. Главная проблема, что российские продукты – невкусные. Ну, невозможно есть российскую колбасу. И все тут. По крайней мере, ту, которую к нам завозят.

Понятно, что завозят всякое дерьмо, потому что если бы что получше качеством привезти, так у нас вообще не нашлось бы людей, способных это купить. Ни молоко, ни овощи, ни колбасу российского производства есть невозможно. Гадость!

Потому и выручают наши местные «Колбико» (Макеевка) и «Геркулес» (Донецк). Они продолжают работать. Едим только это.

А вот украинских товаров почти не осталось. Нашим местным предпринимателям сейчас проще и дешевле все завозить из России. Недавно были перебои с мясом, после чего стали завозить мясо из Ростова-на-Дону. Но оно и подскочило сразу в цене.

Сегодня свинина в Донецке стоит 350 рублей (143 грн), а говядина — все 400 руб. (163 грн).

Вот и посчитайте, много ли купишь на зарплату учителя или врача.

Наши люди приловчились сами ездить за покупками в Ростов. Автобусы туда-сюда курсируют. Пара обуви в Ростове, грубо говоря, стоит 700 рублей (286 грн), а к нам привозят уже за 1,5 – 2 тысячи (612 – 816 грн). Так что, тратят люди российские рубли в России.

Куда идем, к чему движемся – непонятно. Вот потому я и говорю: безнадега. Чуть в сторону от центра – и сразу одолевает тоска. Потому что работы нет и будущего нет.

И людей в Донецке, которые это понимают и ощущают, сегодня стало намного больше. Люди же не дураки.

Что касается бабушек – железобетонного российского электората, то этих, конечно, ничем не прошибешь. У меня подруга, учительница, работала на так называемом «праймериз», которое в Донецке в начале октября провели. Слушала, какие разговоры велись на участках. Некоторым пенсионерам и пенсионеркам объясняли, что это голосование – как бы изучение общественного мнения накануне планируемых украинских выборов. В ответ – отборные ругательства: «Какие к черту выборы! Никаких украинских выборов нам не надо» (такой общий смысл ответа, без дословного пересказа).

Так что, не знаю, какие выборы тут хочет Путин. Его электорат по-прежнему хочет в Россию и ненавидит Украину.

К сожалению, России с каждым днем здесь становится все больше.

Недавно моя дочка, четвероклассница, пришла домой с заданием по географии отметить на карте страны низменности и горы. Открываем лист с заданием – а там карта России. Я как закричу: какие горы, какие низменности! Это чужая страна!

Наши дети по заданию школьной учительницы рисуют дома флаги «ДНР», картинки с орлами ко «дню республики». А не нарисуешь – беда будет. Дети друг друга травят в школе. Агрессия, которая культивируется в обществе – она же и в класс приходит. А как по-другому? Дети растут в такой среде, слушают, о чем говорят взрослые.

Я когда смотрю на то, как страдает моя дочь, как ей приходится претворяться каждый день в школе, понимаю, что мне надо что-то решать с переездом. И чем быстрее, тем лучше.

*Сокращения: НКТ – временно неподконтрольная украинской власти территория, ПКТ – подконтрольная украинской власти территория

Источник: Сайт города Мариуполя

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять