RU
Все новости

Как сдвинуть хату с краю

Начну не совсем как журналист. Вот уже больше месяца в управление информационной политики ОГА, непосредственно мне, звонит один товарищ. Больше ни с кем говорить не желает, даже фамилию называть отказывается. Он жалуется на проводное радио: вроде бы какие-то волны в определенные часы отключают. Человек требует решить эту проблему. В областной ГТРК ему сказали, что этим занимается Киев. Так вот дяденька этот требует, чтобы я позвонила в Киев и решила эту проблему.
Я не против. Только прошу как-то официально обратиться, изложить свою проблему, чтобы не разбираться, только сотрясая воздух. Мужчина сначала согласился написать письмо, а потом перезвонил через полчаса и заявил, что нигде светиться не намерен. И властным голосом потребовал, чтобы звонила и разбиралась я сама, иначе разбираться будет со мной.
Причем звонит он уже не один раз и требует моего отчета. Я же ему корректно и спокойно объясняю, что без какой-то конкретики с его стороны-адреса, описания проблемы и т.д. – мой звонок «куда-то» будет, мягко говоря, несерьезным.
Вчера мужчина назвал меня «бездушным чиновником». Писать же официальную жалобу наотрез отказался.
Я понимаю его: он боится расправы.
А теперь я продолжу как журналист. С такими персонажами (так любит говорить мой друг и прекрасный журналист Руслан Мармазов) нам приходится сталкиваться постоянно. Практически ежедневно. Люди часто звонят в редакцию (чаще, наверное, чем в другие официальные инстанции) по поводу каких-то своих или общечеловеческих проблем. Приводят животрепещущие факты, изобличают в коррупции, требуют наказать. Но с оговоркой: вы меня не называйте, а то я за себя боюсь. Причем доходит до абсурда: люди боятся, что кто-то будет мстить за просьбу установить лавочку или пересчитать пенсию, что последует наказание за информацию о злоупотреблениях жэка или о невыплате зарплаты.
«У нас семьи, мы за свои жизни боимся, – шепчут нам, рассказывая о неправильных счетах из водоканала. – Вы разберитесь...»
Согласна. Журналист на то и журналист, чтобы разбираться, изобличать и освещать. Но прятаться за него – это путь в никуда. Так появляются публикации, больше смахивающие на заказуху – безадресные сотрясания воздуха.
Мы сегодня много говорим о гражданском обществе. О том, что люди, если они хотят, чтобы их уважали, должны быть смелее и активнее. Быть активнее – это значит социально проявлять себя: помогать нуждающимся, бороться с правовым беспределом, подавать в суд на жэки и т.д. А журналист должен это профессионально отражать. Профессионально – это объективно, учитывая доводы всех заинтересованных сторон.
Но до этого у нас очень далеко. Журналистика все больше тенденциозная, люди нервные и менее толерантные, чиновники своенравные.
И все хотят одного – загрести жар чужими руками. Я помню, как нашего журналиста Юлю Погорелову читатели отчитывали за то, что она... заболела. А она простыла, бродя с этими же читателями по их затопленному подъезду и готовя материал по их жалобе, причем ее просили не называть имен. А потом в ближайший четверг ее публикация не вышла. И тетенька орала в трубку: «Как вы могли? Нам же нужна эта статья! Что значит заболела? Пусть не придумывает, а пишет. Она просто боится...»
И еще один пример. Обратилась к нам в редакцию читательница. Требовала, умоляла помочь прямо здесь и сейчас. Якобы один известный банк присвоил ее честно заработанные деньги с депозитов. А она теперь на нервной почве из-за издевательств банка сильно заболела. И вообще, сплошной беспредел...
Понятно, что такие обращения мы не оставляем без внимания. Начали изучать документы, готовить запросы. Как только в банке узнали о нашей активности, тут же решили уладить спор с клиентом миром: и с депозитами разобрались, и как-то еще моральный ущерб клиенту компенсировали...
Узнали мы о том, что у читательницы все хорошо, случайно. Сообщать об этом нам она не собиралась. А зачем? Ведь все хорошо! Правда, виноватым голосом добавила, что надо, наверное, хоть письмо с благодарностью написать – все-таки помогли журналисты, времени немало потратили. Пишет она его вот уже год...
Но дело даже не в ее письме. Дело в позиции. Вот нарушили права – и люди кричат, часто анонимно, часто сами просят их ни в коем случае не называть. А вот ФИО обидчика – судьи, милиционера, врача, начальника жэка и т.д. – «пропечатать»!
Но если кому-то помогли (хоть и редко, но так бывает!) – лучше промолчать... Лучше все время говорить о беспределе, чем о том, что история получилась с хорошим концом. Не модно это! Не в тон эпохе...

Римма Филь

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять