RU
Все новости

«Родной город стал чужим»

Мне часто звонят друзья, которые уехали из города. Уехали в разное время, по разным причинам, в разные города Украины. Все они как мантру повторяют фразу: «Как хочется домой...» И я не знаю, что им ответить.

 Что город, в котором они жили, стал другим. Что дома в привычном его понимании уже нет. То есть, все осталось как прежде – те же улицы, дворы, площади. Но все стало каким-то другим. И дело даже не в том, что в результате военных действий разрушены или повреждены какие-то сооружения, здания. И не в том, что часть предприятий города так и не возобновила работу. И не в том, что многие жители покинули город. Люди, оставшиеся в городе, стали другими. Они пережили ужасы артиллерийских обстрелов, междоусобных разборок разрозненных, никому не подчиняющихся группировок, отсутствие тепла, воды, электричества, продовольствия и зажатые на территории, выезд из которой без специального пропуска запрещен…

Гетто…

Наверное, понимание этого и дает ощущение странного и непривычного состояния жителей.

Все, что раньше было нормальным и не вызывало вопросов, теперь может вызвать вопросы у властей. В магазине мужчина средних лет переписывает цены на продукты питания, заносит их в блокнот. Тут же к нему подходят охранник и администратор. Оказывается, это репортер. Он показывает какое-то удостоверение, и ему разрешают продолжить занятие.

На центральной площади города расположены торговые точки (цветы, салоны мобильной связи, небольшие кафе-бистро). Практически у каждой точки стоит автомобиль с вооруженными автоматами людьми.

В городе работают рынки, магазины и аптеки, но все чаще слышится забытое давно слово «дефицит». Нет многих привычных товаров, мелочей, которые были частью довоенной жизни. Я, например, сбилась с ног в поисках... зубного порошка. Мне повезло: подруга привезла с «Большой земли» – так называют теперь украинскую территорию.

Пасмурно. Холодный ветер гонит по небу рваные облака. По центральному проспекту города с лязгом и грохотом шествует колонна танков. Неизменный атрибут – флаг РФ – закреплен на третьем танке. Всего я насчитала их восемь. Кто-то тронул за плечо – обернулась. Ой, моя давняя знакомая. Конечно, разговорились. У каждой из нас – своя история, но как они похожи… Похожи на истории и многих других горожан.

«Уехать нет возможности: пожилые родители, животные. А вот детей отправили подальше».

«Все пришлось бросить, квартира пустует, бизнес уже не принадлежит нам».

Оставшиеся люди вроде бы и дома, в своем городе, но и не дома…

Во время летних обстрелов сгорел Благовещенский собор. Это была очень уютная деревянная церковь, ее очень любили прихожане. На территории сгоревшего храма толпятся люди. Идет дождь, холодная и неприятная погода. Что заставило их собраться? Я прохожу мимо и вижу – оказывается, бесплатные обеды для малоимущих и нуждающихся. На территории всех соборов города организовано питание для тех, кто не имеет средств к существованию.

Пешеходный мостик в одном из микрорайонов пользовался определенной репутацией. Говорили, если стоя на этом мосту признаться друг другу в любви, отношения будут долгими и счастливыми. Мост разрушен, взорван в двух местах. Какова была стратегическая необходимость этого действия? Или причина только в том, что он был выкрашен в цвета украинского флага, и этот факт так возмутил тех, кто это сделал?

Подруга приехала из Славянска. Без пропуска. В объезд. Через Донецк. В дороге – 13 часов. Из них 5 часов простояли у блокпоста, пока пограничники проверяли поток машин и автобусов. Она тоже думает, что вернулась домой.

Начиная с 1 апреля, население города живет в мультивалютной зоне. Цены в некоторых магазинах указаны в долларах (это магазины компьютерной и бытовой техники), в остальных магазинах – как неправильная дробь из школьной программы. Вверху – большая сумма в рублях, внизу – меньшая в гривнях. Курс установлен так называемым «центральным республиканским банком ДНР».

Городские бани. Открытые несколько лет назад одним из бывших мэров города, теперь превращены то ли в общежитие, то ли в казарму для людей в форме. Красиво оформленное крыльцо и площадку перед ним зачем-то обнесли бетонными блоками.

В супермаркетах появились отделы, в которых продается символика «ДНР»: флажки, брелоки, нашивки, значки, кружки. Торговые точки с таким же товаром можно встретить на улицах города у автобусных остановок. Покупателей не видно.

Автомобиль «жигули» веселенького желтого цвета. Вместо номерных знаков – белая надпись «ВОЛК». Чуть в стороне стоит Хюндай Матрикс черного цвета с аналогичным оформлением номера, только за рулем «БОБЕР». Какой-то параллельный мир.

Во двор въезжает автомобиль. Вместо номерных знаков надпись «ПОЛИЦИЯ». Из него выходят два здоровенных парня с автоматами и направляются в соседний дом. Может, появились подразделения, которые будут поддерживать порядок в городе?

Автовокзал. Здесь всегда было многолюдно. Теперь же – это редкие пассажиры, которые подходят только к назначенному времени отправления автобусов. Здание автовокзала закрыто. Небольшая комната, где раньше была диспетчерская, теперь переоборудована под кассу. На стене расписание автобусных маршрутов в соседние города Украины и России. Рядом стоит несколько частных машин. Бомбилы.

Супермаркет «Фуршет» закрыт после августовского обстрела. Металлическими листами загорожен вход. Стекол нет.

Мне звонят друзья. Они хотят домой. А я не знаю, как объяснить им свое состояние. Все они живут в других городах, в чужих квартирах. А я – в своем городе, в своей квартире. Но не дома.

Татьяна Короткова 

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять