RU
Все новости

Христина Венгринюк: "Украинскую литературу на европейские языки сейчас переводят чаще, чем современную европейскую – на украинский"

На днях в фонде "ИЗОЛЯЦИЯ" прошел первый в Донецке литературный фестиваль, на который съехались как украинские, так и зарубежные писатели и публицисты. "ДН" пообщались с молодой украинской писательницей, поэтессой и литературоведом Христиной Венгринюк и поговорили о темах, волнующих нынешних писателей, о поисках сюжета и о проникновении других видов искусства в литературу.


- Кристина, насколько сложно или легко быть писателем в современной Украине?
- Настоящим писателем я себя ощутила, когда полгода назад вышел мой первый роман "Хутор Америка". И хотя до него у меня выходили еще три книги, я думала, что я просто человек, который пишет... Вообще, моя литература несколько маргинальна, к сожалению, ее вряд ли будет читать вся Украина. думаю, ее трудно будет воспринимать даже жителям центральной Украине, потому что действие романа происходит на хуторе в 50 километрах от Черновцов, и там описаны такие диалекты, которые используются на Буковине. Роман попал в двадцатку лучших романов за 2014 год (по версии ВВС. – Прим. ред.), тем не менее, его нельзя считать топовым, он не может конкурировать с произведениями таких писателей, как Любко Дереш, Андрей Любка или Ирена Карпа, потому что это не массовая литература. Так что мне писателем в Украине быть все-таки тяжело, мне непросто завоевать аудиторию своими текстами, а писать по-другому я не умею. Другим же писателям, я думаю, не настолько сложно, потому что у нас много издательств, которые открыты к сотрудничеству и готовы публиковать отечественную литературу. Конечно, литературой в нынешней ситуации на жизнь не заработаешь, но я без этого жить не могу. Поэтому я бы не назвала писательство своим хобби, хотя и работой его назвать весьма затруднительно.

- Откуда вы берете сюжеты?
- Большинство моих текстов автобиографичны. Тот же "Хутор Америка" – я выросла на этом хуторе, там жила моя бабушка, я с детства слышала все эти диалоги, этот язык. А будущий мой роман, который я сейчас пишу, он тоже о событиях, пережитых лично мною. Роман очень тяжелый, он о том опыте, который я получила путем употребления различных лекарственных препаратов. Это не были наркотики, вернее, это были наркотические вещества, но я их употребляла не потому, что хотела получить такой опыт, а потому, что это было необходимо для спасения моей жизни – я боролась с тяжелым заболеванием... Состояние, в котором мне было жизненно необходимо употреблять все эти препараты, длилось два года, и однажды я начала записывать свои ощущения, которые в итоге стали выливаться в роман. Я назвала его "Бензодиазепиновая ломка", это ломка, сопоставимая с той, которую переживает человек, употреблявший героин... В этом романе я хочу рассказать людям о том, что лучше в потустороннее не заглядывать вообще, но если уж это случилось, то из любой ситуации можно выйти, какой бы тяжелой она не казалась. Это был тяжелый опыт, и мне бы хотелось об этом поговорить – мне кажется, очень важно оберегать молодежь от искушения проглотить ту или иную яркую таблеточку.

- Кристина, а какие тенденции в современной украинской литературе вы бы выделили и насколько они актуальны для читателей с другим менталитетом?
- Достаточно актуальны, я бы сказала: в Польше, Чехии, Австрии наших писателей знают и читают. И за рубежом, так же как и в Украине, писатель не может жить за счет издаваемых произведений, если он, конечно, не суперизвестная личность. И мы в европейском контексте смотримся неплохо, у нас часто совпадают темы и интересы, и я хочу сказать, что современную украинскую литературу на европейские языки сейчас переводят чаще, чем современную европейскую – на украинский.

- А что сейчас читает Европа и о чем пишет Украина?
- Конечно, тема революции сильно повлияла на литературный процесс, и я думаю, осмысление происходящего еще долго будет актуальным. Сейчас вышел поэтический сборник, посвященный этим событиям, сборник прозы... Часто звучит тема разрухи, желания уехать из Украины, эта тема побега, достаточно непростая, часто звучит у современных писателей. Еще нередко обращаются к карнавализму, некоторому издевательству над политикой и политиками. Молодежь, конечно, обращается к любви, однако я не могу сказать, что сейчас эта тема превалирует, молодежь сейчас больше говорит о войне во всех ее проявлениях – в духовном, языковом и других смыслах, чем о любви.

- Как вы объясните то, что сейчас литература стала граничить с другими видами искусства – появилось множество литературных перфомансов, видео-арта, почему современному читателю мало оставаться с книгой один на один?
- Это XXI век, и тенденции будут меняться, конечно,. Мало просто говорить о книге сюжетно. У меня вызывает большое уважение и восхищение Андрухович, который смог проявить себя не только как писатель, но и как музыкант, и как театрал. Признаюсь, что по моей книге "Довгі очі" сейчас готовится авангардный спектакль черновицкого театра, они обратились ко мне с предложением принять участие в ней в качестве актера, и для меня это было неожиданно и интересно. С другой стороны, процесс глобализации толкает нас к тому, что человек требует все большего и большего разнообразия в восприятии, при этом мы не успеваем адаптироваться и страдаем духовно и морально от того, что мир движется гораздо быстрее, чем мы...

Беседовала Ольга Меркулова

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять