RU
Все новости

В Донецком драмтеатре показали чудо. Обыкновенное

В Донецком драмтеатре поставили «Обыкновенное чудо» – таким образом решили отметить 115-летие со дня рождения драматурга Евгения Шварца и познакомить донецкого зрителя с полной версией этой пьесы. Ведь все мы знаем ее по одноименной экранизации Марка Захарова -фильму, замечательному во всех отношениях, разошедшемуся на цитаты и давно ставшему классикой советского кинематографа. На пресс-конференции режиссер спектакля Вадим Пинский рассказал, почему он не боится сравнений с фильмом и о многом другом.
- Вадим Львович, почему вы решили поставить именно эту пьесу?
- Идея возникла не у меня, скажу честно. Меня пригласил художественный руководитель театра Марк Матвеевич Бровун и сказал: «Вадим, вот давно у меня есть такая мечта...Ты к Шварцу как относишься?» Я говорю: «Прекрасный автор, замечательные тексты, актерам играть – одно удовольствие». Он говорит: «Обыкновенное чудо». И я говорю про себя: «Нет!» Я ведь учился у Марка Захарова и испытываю какой-то трепет по отношению к его работам... Но через пять минут я сказал да – уже вслух. А потом, когда я стал внимательно читать пьесу, я понял, что она намного глубже, чем фильм -он все-таки жан-рово несколько облегчен, хотя и сделан очень здорово, блистательно, искрометно. Но пьеса писалась так долго и в такое сложное время (Шварц начал ее до войны, потом прошел всю войну и закончил ее уже после смерти Сталина), и в ней столько пластов – мне это очень понравилось. Притом, что мы старались сохранить легкость строки Шварца, нам захотелось покопаться в материале поглубже и понять, что же он написал такое на самом деле – что это за волшебники, за хозяева, что это за медведь и почемутактрудно быть человеком. Ведь на самом деле, действительно, сложнее всего – быть просто человеком, а еще -жить сегодня так, будто завтра не наступит никогда. Счастлив тот человек, который каждую секундупроживаеттак, будто она – последняя... Вот об этом нам и захотелось рассказать историю чудным, легким шварцовским текстом. А вообще, автор – большой мистификатор
и считал, что пьесы – это милое занятие, но вовсе не основное в его жизни.
- А во время работы над спектаклем над вами или над актерами не довлели кинообразы,созданные Захаровым?
- Ну, если вы видите, что довлели -значит, так оно и есть. Если не видите -значит, мы с этим боролись. На самом деле все было просто. Даже если и влияли как-то,то когда начинаешьуглублять-ся в текст и в отношения этих людей, то жесты, интонации, подсмотренные у Захарова, где-то уходят, а где-то – возвращаются. Ведь Захаров грандиозный постановщик и режиссер, очень тонко чувствующий. И если где-то интонации получились схожими – значит, они просто родные, значит, по-другому это звучать не может. Мне кажется, что если они где-то совпадают, то мы просто одинаково чувствуем заложенный подтекст. Но прямой зависимости не было, хотя фильм я знаю наизусть.
- Насколько, по-вашему, идея, заложенная в пьесе, современна?
- Она на все времена. О том, чтобы научиться жить сейчас, не думая о том, что будет завтра, говорится еще в Библии. Люди издревле пытаются так жить, но получается только у праведников. А нам хоть бы дверь туда приоткрыть, хоть постучаться... Если удалось с актерами поговорить об этом благодаря этому спектаклю – то я уже счастлив.
- Как считаете, актерский ансамбль справился со своей задачей?
- Мне кажется, что в любом спектакле самое главное – это ансамбль. И я считаю, что в данном случае он сложился. По крайней мере они играют про одно. Конечно, у всех зрителей разные запросы, и не всем все понравится, но я этот ансамбль люблю – всех вместе и каждого в отдельности.
- Спектакль идет под живую музыку, причем музыканты сидят на сцене, движутся среди актеров. Зачем понадобилось вводить их в действие?
- Оркестр, работающий в глубине сцены, позади артистов, а иногда и вокруг артистов, – это огромное мастерство наших музыкантов. Играть так, чтобы быть частью спектакля – это непросто. Я им, кстати, сказал, что они – сердце нашего спектакля. Потому что был такой сложный момент, когда мне сказали: «Вы знаете, было бы здорово, если бы звучала музыка Гладкова...» Я считаю ее гениальной, но проблема в том, что она сразу отсылает к фильму – от этого никуда не денешься! Но когда я услышал, как звучит музыка здесь – я сказал: да, пожалуй, можно. И вот когда придумалось такое сосуществование оркестра вместе с актерами в ткани этого спектакля, когда музыканты очень точно чувствуют темп, ритм и дыхание актеров, когда они сами реагируют на то, что происходит – они становятся полноценными участниками действа. Я даже не всегда сам могу предположить, в какой момент они вступят в игру, знаю только, что все ноты будут взяты верно и в нужный момент, а уж что они привнесут туда своего – для меня всегда загадка.

Беседовала Ольга Меркулова

НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ
Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять