RU
Все новости

Донецк пасхальный: Иверский монастырь, кладбище, аэропорт… (Фото)

15 апреля, накануне Пасхи, донецкий фотограф Денис Григорюк побывал в районе донецкого аэропорта – у Иверского женского монастыря. Свои впечатления от увиденного он описал в фотоблоге, фрагмент которого предлагаем далее.

О том, что поедем снимать пасхальную службу в прифронтовую зону мы договорились еще в начале недели, когда Дмитрий только приехал в Донецк. Это не первый визит астраханского фотографа в «ДНР». Мы познакомились с ним в прошлом году и нашей первой поездкой был поселок шахты Трудовская. На этот раз он приехал, чтоб спуститься в одну из шахт. Я убедил его в том, что нам необходимо поехать в Иверский женский монастырь и снять пасхальную службу. Долго уговаривать не пришлось. Мы договорились, что в субботу днем отправимся получить благословение на съемку. Что-то внутри мне подсказывало, что скорее всего, в целях безопасности, службу отменят, но стоило попробовать.

Дмитрий курил возле своей машины, когда я вместе с камерой, объективами и штативом подбежал на стоянку. Великая суббота оказалась холодной. Дул холодный ветер. По небу плыли белоснежные облака. Навигатор врал. Это было предсказуемо, ведь в интернет-картах не указана военная реальность Донецка. Мужской голос вел нас через Путиловский мост, который сейчас лежал на поржавевшем украинском танке еще с времен январского обострения конфликта 2015-го. Нужно было ехать в объезд. Об этом знают местные, но для россиянина эта информация стала новостью.

Проехали ЖД вокзал. Раньше здесь дежурили белые бронированные машины мониторинговой миссии ОБСЕ, но сейчас стоянка перед вокзалом пустовала.

Петляя по поселку Октябрьский, мы выехали на апокалиптическую улицу Стратонавтов. Палитра различных разрушений впечатлила гостя.

Из-за бетонного месива я не узнал нужный поворот. Нужно было спросить у местных дорогу, но улица казалась необитаемой. Как вдруг я заметил старушку, которая пасла стадо коз.

Животные долбили копытами по изрешеченному асфальту. Женщина пыталась поспеть за своими подопечными, когда козы сорвались с места. Это меня насторожило. Животные обычно чувствую опасность, но сейчас была ложная тревога. Дело в том, что козы почуяли не опасность, а траву, которую тут же кинулись щипать. Совершенно невероятное зрелище, но здесь – это норма. Местные выгуливают коров и коз среди руин под автоматные выстрелы и работу артиллерии. Вот и сейчас послышались минометы и крупнокалиберные пулеметы. Это не остановило ни старушку, ни стадо.

– Подскажите, а как нам проехать на Иверский монастырь?

– Что?, – не расслышала женщина.

– Иверский монастырь. Подскажите, как туда проехать?, – уже громче сказал я.

– Так вы же его проехали. Вон там он.

– А не знаете, будет ли служба сегодня там?

– Не будет. И в прошлом году не было.

– Куда же люди ходят паски и яйца освятить?, – поинтересовался Дмитрий.

– Так вот там, где «Метро», за кладбищем 15-го участка есть храм. Вот там и в прошлом году была служба и в этом, скорее всего, тоже будет. Лучше туда едьте. А на Иверском ничего не будет. Там стреляют.

Пока я пошел сделать несколько снимков улицы Стратонавтов, астраханец выяснил, что бабушка родом из России. Сюда приехала на учебу давным-давно. Тут и осталась. Но сейчас уже хочет уехать.

– А что тут? Ни туда, ни сюда. Пуляют только и все, – я подошел и услышал концовку фразы пожилой пастушки.

Это состояние Александр Хуг, первый заместитель Главы Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине, назвал «болотом». Военная ситуация в Донбассе не ухудшается, но и не улучшается. Больше всего от этого страдают мирные жители, которые продолжают жить в прифронтовой зоне с надеждой, что скоро война закончится.

Мы все же решили съездить на Иверский монастырь. Даже, если службы там не будет, то мне хотелось показать россиянину, что сотворила война со святыней. Впечатления усиливались. С каждым метром усыпанной осколками дороги Дмитрий ужасался все сильнее. Сначала бросило в дрожь от разбитых могил на Иверском кладбище, а после добил вид самого женского монастыря.

Машина остановилась, потрескивая металлом под колесами. Я заметил, что это место опустело. Чего-то не хватало. Потом я понял, что постепенно прихожане и священнослужители убрали разбитые бетонные плиты, простреленного забора. Фотографы любили делать снимки разрушенных памятников сквозь дыры от осколков. Сейчас это осталось в прошлом.

Так же, я не нашел знакомой неразорвавшейся мины, которая лежала в прошлый раз прям на одной из могиле у самой дороги к монастырю.

Отсутствовала и табличка «Мины». Но все же один торчащий хвостовик мой взгляд нащупал. Казалось, он стал частью мемориала, застряв в брусчатке. Среди разваленных монументов был один, который все журналисты снимали, приехав на Иверское кладбище. Изменения произошли и с ним. У подножия обезглавленного памятника лежала его голова. Местные нашли ее и положили рядом. Бессмысленно сейчас его восстанавливать, ведь снаряды падают сюда до сих пор.

На фоне уничтоженного кладбища еще более трагично смотрелся Донецкий аэропорт. Он стал международной знаменитостью. Это место знают в Финляндии, Франции, Испании, США. Оно ужасает и впечатляет. Людей тянет сюда. Они приезжают, чтоб своими глазами увидеть ужас войны. Кого-то это вдохновляет, а кого-то бросает в отчаяние. Спектр эмоций невероятно разнообразен, но то, что это место не оставляет равнодушным – это факт.

Мы подошли к самому монастырю. На дверях висел пожелтевший листок с приглашением прихожан на субботник. Дверь была не заперта и мы зашли. Внутри мужчина подтвердил мои опасения – сегодня службы не будет. Потом он нас обнадежил. Вторник Светлой седмицы – день памяти Иверской иконы Божией Матери. Местные соберутся здесь через два дня.

За спиной послышалась автоматная стрекотня и гупанье минометов. Выстрелы заглушали щелчки затвора моей камеры. Бой шел в районе Песок. Пасхальное перемирие не удалось...

Читайте также:

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять