RU
Все новости

Светлана Проскурня: Ирония судьбы, или Душеспасительные приключения переселенцев

Кадр их х/ф «Ирония судьбы, или С легким паром!»
Кадр их х/ф «Ирония судьбы, или С легким паром!»

Наверное, я запросто могу стать пособием для психиатра с диагнозом – синдром навязчивых действий. В первых числах декабря я включаю фоном «Иронию судьбы» и гоняю ее до «дыр», с утра до вечера. Уже четвертый год, как моя прошлая жизнь разлетелась вдребезги, но мой замечательный диагноз остался целым и неизменным – каждый год, в декабре, я смотрю набивший оскомину фильм Рязанова.

Моя история не имеет ничего общего с неожиданной и счастливой любовью, начавшейся в фильме «по пьяной лавочке», но определенная закономерность и ироничное отношение судьбы к нашим мытарствам в ней точно прослеживается. Давным-давно, еще во времена моей неосознанной, во все и всерьез верящей юности-молодости мне позвонила младшая, еще более юная и неосознанная сестра.

– На тебе порча! – взволнованно кричала в трубку она, приезжай скорее, я уже очередь заняла, чтобы ее снять!

Ноги мои предательски подкосились – не каждый день сообщают о вмешательстве темных сил в твою жизнь. «Вон оно что…», – перед моим мысленным взором пронеслись все случившиеся в последнее время, не имевшие между собой никакой связи, неприятности. После новости они связались самым причудливым образом и обрели осмысленный ряд, истоки и значение…

– Куда ехать? – я была полна решимости раз и навсегда разрубить этот узел. Сестра продиктовала адрес и рассказала, как добраться. По донецким меркам путь предстоял неблизкий – ехать надо было полчаса на автобусе к чудесной бабуле, обещавшей полное снятие всех чар. На сборы у меня ушло минут пять, и вскоре рейсовый автобус подвозил меня к нужной остановке.

За высоким забором во дворе частного дома на лавках, расставленных вдоль стен, сидела серьезная, молчаливая, напряженная очередь. Глазами я попыталась отыскать сестру, занявшую мне место на «излечение». Она сидела почти у самой двери в дом и, похоже, в следующей партии «порченных» мы бы вошли. Я облегченно вздохнула, а толпа заволновалась – бабушка «лечила» строго до заката солнца.

Сестра вкратце ввела меня в курс моего, увиденного «анамнеза» по фото – посмотрев на карточку, бабуля изменилась в лице и замахала руками: «Есть порч, есть, приводи сестру, надо ее лично, так не поможет!» После этого диагноза сестра в панике позвонила мне. Очередь оживилась и заволновалась – из дома вышла сама «целительница» и пристальным взглядом начала окидывать всех присутствующих.

При этом она с важным видом произносила всего две фразы: «Есть порч!» или «Нема порчи!». Остановив свой диагностический взор на мне, она отчетливо и уверенно произнесла: «Нема порчи!»

– Как нет?! – моему удивлению не было предела.

– Вы внимательно посмотрите, по фотографии ведь сами сказали, что есть!

Я сделала выражение лица как «на паспорт» и напустила грустинку в глаза. Бабуля снова принялась меня рассматривать.

– А когда сказала? – хитро поинтересовалась она, видимо, еще надеясь исправить ситуацию.

– Два часа назад! Порча же никуда деться не могла за это время?

– Не могла, – легко согласилась бабуля и махнула мне рукой в сторону дома, – проходи, щас снимать буду.

Я успокоилась – ну вот, то-то, все сходится теперь…

Вспоминаю эту историю с улыбкой – и вердикты бабули, и то, как смешно она говорила «порч» вместо порчи. И как пыталась сделать умное лицо, попав в неловкую ситуацию…

***

Оглядываясь на эти события двадцатилетней давности, я стала подозревать, что на нас снова напала та самая «порч», от которой меня «исцеляла» бабуля. Иначе как еще объяснить то, что последние четыре года нашей переселенческой жизни все попытки нормально помыться были обречены на провал, а соблюдать гигиену на «довоенном» уровне в кочевых условиях стало сверхзадачей?

Первый звоночек, на который я не обратила внимание, прозвенел еще в светлое, почти довоенное время. До конца нашей шенгенской визы и до срока, когда беременным уже нельзя летать в самолете, оставался небольшой хвостик, и мы рискнули слетать в отпуск. И не куда-нибудь, а на Канары! Думаю, именно там, в просторном улучшенном номере с белоснежной ванной, все и началось.

Предвкушая теплый ласковый душ после долгого перелета, я взяла с кровати хрусткое, пахнущее свежестью полотенце, свернутое в дельфина, освободилась от дорожных одежд и, уже ограниченная в движениях своим животом, забралась в ванную и стала под душ. Хромированный красавец только одним видом обещал ни с чем не сравнимое расслабляющее удовольствие и шесть вариантов подачи воды.

Провернув пару раз кран с надписью ХОТ и никак не ожидая коварства от четырехзвездочного отеля в Европе, я с удивлением рассматривала тонкую струйку воды, которая на ощупь была гораздо ближе к КОЛДУ. «Прибавив газу», я открутила кран до упора. На меня оперативно хлынул поток ледяных брызг в третьем «интенсивном» режиме. Взвизгнув, я забилась в самый угол – тепла не предвиделось.

Дотянувшись из своего укрытия до переключателя, вздрагивая от холодных брызг, я покрутила кран с синим кружочком. Оказалось, что и на Канарах из крана с холодной водой может идти горячая. С дороги мое сознание отказывалось воспринимать такую европейскую действительность. Смирившись, я добыла горячую воду за две секунды – теперь в «третьем режиме», струйки бойко цикали во все стороны кипятком…

От кипятка я спаслась в том же углу, и, не теряя надежды, попыталась договориться с испанской сантехникой. Кран радовал то холодной, то слишком горячей водой, все больше подтверждая некомпетентность в таком простом деле как поливать водой нормальной температуры уставшего с дороги путника. От этой бесполезной борьбы усталость была больше, чем от шестичасового перелета…

Я выползла из ванны, вернулась в номер, взяла с красивого интерьерного столика дизайнерскую вазу и применяя свой многолетний опыт жителя многоэтажки, которому каждое лето отключали горячую воду, приняла душ, прямо из дорогого предмета интерьера, смешивая в нем воду до переносимой температуры. Свободных номеров в отеле не было, поэтому весь отпуск душ я принимала из вазы.

Получалось почти как в популярной когда-то песне: «На Канарских островах, утопает все в цветах, принимаем душ из вазы прямо в вааанне». Именно там, в улучшенном номере с выходом в сад и террасой, и началась наша душещипательная эпопея. Вернувшись домой, мы еще несколько раз насладилась нашим надежным домашним душем, а через две недели отправились в свое самое долгое путешествие…

***

И началось – где-бы мы не снимали жилье, с душем всегда была какая-нибудь проблема. «Порч», одним словом. Как бабка пошептала. В первом съемном сельском доме вода из крана не лилась вообще – ни холодная, ни горячая. На мой робкий вопрос о том, когда она появится, хозяин, задумчиво почесав живот, ответил: «Дык лето же...Все поливают… К осени ближе появится, когда жара спадет…»

Ошеломленные моим желанием принимать душ каждый вечер после знойного июльского дня, они явно что-то не договаривали… Путем сложной разведки мы вычислили и «спалили» хозяев через неделю – ночью они включали насос и преспокойно совершали водные процедуры. Нам о таком способе добычи воды не сообщалось – хозяева испугались большого количества желающих мыться.

Шнур от насоса втыкался в розетку в аккурат возле нашей двери. Дождавшись, когда за стеной (дом был на трех хозяев) становилось тихо, я протягивала руку за дверь и тайно подключала «оборудование» к сети. Насос сильно гудел, и через несколько дней нас взяли «с поличным». Договорились, если насос «полетит», купим его на равных долях. Проблема была решена... пока не наступила зима.

В старом анекдоте жителя одной деревни спрашивают: «А где вы моетесь?». «Так в реке», – отвечает. «А зимой?». «Та скока там той зимы…». Зимой наш выбор стал в разы сложнее – между мыться и греться. Горячая вода в душе или горячие батареи и тепло в доме. Жизнь радовала качеством, количеством и разнообразием предлагаемых вариантов: Украина или «ДНР», обстрелы или чужой дом, вода или тепло…

В конце концов мы пришли с хозяйкой к очередному консенсусу – топим весь день и обходимся без воды, а ровно в 21:00 в пункте управления полетами она «переключает рычаг» на горячую воду, и у нас есть час на совершение водных процедур. В семье резко повысилась дисциплина и самоорганизация. Позже, когда ко всем «прелестям» жизни в деревне добавилось еще и веерное отключение света, это очень помогло.

Всем составом, вымытые, мы укладывались спать. А что еще делать в деревне? Подозреваю, что именно поэтому раньше в семьях было много детей. Новый ребенок у нас уже был, и когда стало ясно, что домой не скоро, мы переехали. Душ в новом доме был современным красавцем с космическим дизайном, встроенным радио, кучей режимов. Пару дней мы наслаждались девственно-новой душевой кабиной с подсветкой.

На третий день дочь выронила лейку, и та, с прощальным звоном, раскололась на две части, навсегда расставшись с металлическим шлангом. Спасти ситуацию мог только новый набор, что точно не было предметом первой необходимости. «Значит, мойтесь пока так», – предложил муж, демонстрируя слова наглядным примером – сидя на корточках и поливая могучие плечи тонкой струйкой из резиновой куцей трубки…

Покоривший нас вначале красавец был обычным китайцем. В нем быстро забились накипью узкие отверстия и вышла из строя верхняя лейка. Видимо, «порч» была сильная. Весь «отведенный» договором аренды срок я провела в душе «вприсядку». Сверху доносилась негромкая музыка, а в филейную часть мне интимно светила синим мягким светом подстветка. Новую лейку со шлангом мы купили за день до переезда – от греха подальше…

***

В новом доме было все по фен-шуй. Душ жил рядом с длинной, на мой взгляд, слишком стройной «блондинкой» ванной в просторной, светлой, «в кафеле до потолка» комнате с окном! Правил всем унитаз – он стоял в стороне, на отдельном постаменте и напоминал трон. Даже дома у меня не было такой роскоши и свободы! Душ, конечно, был простоват – видавшая виды лейка, старые скрученные, с трудом поддающиеся краны.

Вместо душевой кабины – невысокий «загончик» из кафеля с дыркой в полу, отделенный узкой шторкой по периметру. Шторки не хватало на весь периметр, поэтому, когда я пыталась ее задвинуть, она открывала «голую правду» то с одной, то с другой стороны. Пришлось подарить душу новую штору в крупную клетку, от чего он сразу стал выглядеть солиднее, и ванная комната преобразилась. Правда кран в душевой дышал на ладан…

Почетная обязанность по содержанию всех членов семьи в чистоте легла на плечи мужчины – душа. И он не выдержал. Когда кто-то принимал душ, кран, торчащий внизу из стены начинал страшно завывать. Если бы в Голосеевском лесу жили не белки, а волки, то они бы точно явились на этот зов предков. Дело закончилось тем, что старый ржавый кран, вмонтированный в стену, отвалился без шансов на ремонт. Из труб ушло давление, а из душа – душа.

Порч сделала свое черное дело – в момент включения лейка плевалась воздухом вместо воды и страшно хрипела. Всей семьей мы перебрались принимать душ в ванну. Та не ожидала такого коварства от сожителя и не привыкла к такой нагрузке – а ну ка – вымой всех шестерых, живущих в доме. Принять просто ванну в ней тоже было совершенно невозможно, потому что к сливному отверстию этой узкой худышки не подходила по диаметру ни одна пробка.

Новый закон Архимеда теперь гласил – тело, погруженное в жидкость, не может вытеснить воду пропорционально своему весу, потому что она выливается через сливное отверстие в ванной быстрее скорости погружения… В ванной принимать душ было холодно и неуютно. Белая, изнеженная бездельем красавица, страдала и сильно подтекала из крана холодной водой, осложняя и без того не слишком приятный процесс…

У нас получилось, как в жизни, когда все трудности бытия ложатся на одни единственные плечи. Мы с ванной еле выдержали друг друга. Она – регулярные омовения годовалого ребенка от какашек, а я – ее «плачущий» характер. Спустя несколько переездов я стала по-философски относиться к тому, что нам «пороблено» на санузлы и в очередном жилье будут свои нюансы. Мне даже удалось однажды принять ванну – заткнув слив трусами супруга и нагрев побольше воды.

***

Однажды, устав от выходок съемной сантехники, в самый разгар лета я пошла ва-банк – уехала с детьми на две недели в Миргород в дом со всеми удобствами. «Вот где уж оторвусь и вымоюсь как следует» – мечтала я. Приехали мы в «удобства» дождливым вечером, но именно душ из их числа оказался недоступным. Когда вечером я попыталась искупать детей – душевая кабина стала похожа на гигантскую, заполненную водой пробирку – слив не работал. «Порч» же…

Хозяин пообещал «все исправить» и действительно – вечером вода весело и шумно уходила в черную дыру, но уже через пару минут я почувствовала, что стою по щиколотку в луже – теперь уже весь пол в ванной комнате был затоплен. Утром мы попрощались с хозяином и переехали. В тот дом, где жили, когда только сбежали от войны. Хозяйка так и не «озаботилась» починкой душа, который тогда, первым летом 2014, сводил меня с ума своей контрастностью.

В этот раз я даже обрадовалась встрече со старым знакомым. Стоило «помучаться», чтобы обрадоваться ему, из крана которого шел или кипяток, или ледяная вода. Но, по крайней мере, я уже знала, как с ним обращаться. У него было то, что примиряло с действительностью – временной интервал в пять секунд между «очень горячо» и «очень холодно». Вот в эти мгновения можно было намокнуть, потом, подождав, намылиться и еще немного подождав – обмыться.

Чуть позже я нашла еще один, адреналиновый выход из ситуации. Дождавшись, пока хозяйка отправится на ежевечерний променад, я тащила детей на второй этаж – в ее ванную и быстро, по-военному мыла. А потом насухо вытирала белый пластик и вешала лейку с ювелирной точностью на место, «заметая следы пребывания». Мое сердцебиение после таких вылазок еще долго «приходило в норму». А младшая пару раз чуть не сдала мать, попросив у тети помыться…

Зато дети были чистые. Свое бренное тело я мыла на первом, терпеливо перенося «контрастность» и неудобства. В конце концов это даже полезно. А ежевечерние пробежки на второй этаж по крутой лестнице помогли приобрести дополнительную стройность. Совершенно примирившись со всеми неудобствами и обстоятельствами, мы отлично отдохнули. К концу отпуска я приловчилась и увеличила колебания температуры воды до минуты, что было полной победой.

***

На нашей «теперешней» квартире все компактно, без лишних метров и сантиментов. Из ванной, слегка присев, можно смело садиться прямо на унитаз, что, признаться, иногда даже спасает. Кран традиционно подтекал, но зато теплой и приветливой струйкой, что процессу мытья не мешало. А когда дыра на кране с горячей водой стала угрожающе расти, а струйка превратилась в потоп, мы отнеслись к этому спокойно.

Забинтовали кран пластырем и продержались «до получки», перекрывая воду. Муж торжественно купил новый кран – такой же одноразовый и китайский, и жизнь заиграла новыми красками. В конце концов не самое страшное – сражаться с протекающими кранами. Самое страшное – не верить в возможность лучшего. Возможно, следующий кран у нас будет тоже китайский, пусть самый дешевый, но уже в своем собственном доме?

Или даже не так. Пускай там, в новом доме, первое время вообще не будет кранов. И плитки. И ламината. Пусть будут голые стены, без обоев, но наши стены. Пусть будут тазик и ковшик, пару матрасов, кот и собака, здоровые и радостные дети, мир и спокойствие. Пусть будет старый, заляпанный краской и клеем стол, с которого уже пять поколений клеили обои, накрытый одноразовой скатертью, хлеб с маслом и шпротами на столе, родители и друзья в гостях...

Все будут стоять вокруг этого видавшего виды расшатанного стола, есть на весу примитивные бутерброды, рассыпая крошки на пол, разливать шампанское в неустойчивые одноразовые стаканы, радостно поздравлять друг друга с Новым Годом, говорить о том, что наконец-то мир наступил и можно было не спешить с жильем, а подождать еще пару месяцев – ведь больше, почти пять лет ждали, но кто ж знал, что так все решится!?

И конечно, все будут понимать, что нельзя было на самом деле ждать, что человек без дома, как птица без гнезда, что все устали и отчаялись, и не верили уже в возможность мира… И всем будет немного стыдно и неловко, что перестали ждать и надеяться, что смирились, что приняли решение начать новую жизнь и все сделали, чтобы эта жизнь началась… И столько еще будет разных мыслей и эмоций… И собака будет преданно заглядывать всем в глаза, выпрашивая кусочки…

Но главное, что все мы будем поздравлять друг друга с таким долгожданным, но так нежданно-негаданно наступившим МИРОМ... И загадывать «мирные» желания, не думая о войне.

Светлана Проскурня, переселенка из Донецка, для РПД «Донецкие новости»

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять