RU
Все новости

Анна Курцановская: Посмотрев «Донбасс» – новая волна ненависти не за горами (Фото, видео)

Анна Курцановская
Анна Курцановская

Честно скажу, на «Донбасс» я шла уже немного «подогретая» и «науськанная» отзывами моих земляков о фильме. Прочитав их эмоциональные посты, была уверена, что просмотр оставит примерно тот же отпечаток. И не ошиблась. Видимо, потому что с теми, у кого «болело» после сеанса, у меня некая ментальная связь. Многие из них появились в моей жизни еще в мирное время, другие – уже с началом войны. Это не просто виртуальные знакомые. Это люди, однажды повстречавшиеся мне на пути – люди, которым я доверяю.

«Фильм снят шикарно, актеры гениальны. Но много "но". И первое – "они сами виноваты"... Столько ненависти к Донбассу в фильме. Уверена, что фильм только усилит "донбассофобию". Я почему-то этого не ожидала. Думала увидеть Донбасс глазами незаангажированного режиссера. Зря. Но вся моя родина показана регионом быдла и человеческих отходов. Что не соответствует правде, я уже молчу про то, что заграничный зритель может и вправду поверить в то, что у нас Гражданская война. Практически ни слова о российской агрессии. После сеанса я вышла "больная". Благо, что рядом были друзья, которым целый час понадобился, чтобы откачать меня», – написала моя знакомая Тася, у которой в Донецке остались родители.

Не по заданию редакции, а по собственной инициативе я в субботний вечер запланировала поход в кинотеатр «Жовтень», где анонсировали общение с режиссером после просмотра. «Есть вопросы к Сергею Лознице?», – спросила у своих подписчиков в Facebook. И они посыпались в личку.

И вот один из них, от Лены из Франции. Ее родители вынуждены были остаться в Донецке. Их позиция с началом войны остается неизменной, но кричать об этом они не могут, ибо в оккупированном городе всегда найдется тот, кто заткнет рот «неугодным».

«Мне хотелось бы узнать у режиссера, это он специально снял такой фильм, или просто не подумавши? И я бы с надеждой ждала, что он ответит "да, не подумавши"… Как по мне, автор же должен отдавать себе отчет в том, что его картина, несет в себе минимум два абсолютно противоположных смысла. В зависимости от того, кто ее смотрит. Причем, тот смысл, который считывается первым, особенно неподготовленным зрителем, – не самый объединяющий для украинского общества, мол, все нормальные уехали, остались одни уроды, сами виноваты и т. п. Если картину намеренно делали именно такой, то мне хотелось бы узнать, какую цель преследовали создатели? Или фильм снимался целенаправленно с расчетом на донецких, которые поймут? Но смотрят-то все, не только донецкие... И, судя по комментариям, дальше первого смыслового слоя пробиваются не все…».

Немного перефразируя, этот вопрос я задала режиссеру после просмотра «трагикомедии».

«Я так поняла, что за десятки миллионов бюджетных гривен (общий бюджет картины составил 71 млн грн, из них 17 млн – из госбюджета Украины – прим.) вами снят фильм, "благодаря" которому в государственных учреждениях к переселенцам будет вновь предвзятое отношение. Нам опять буду говорить, что "это из-за вас началась война", "вас же показали, какие вы все упыри", "так вам и надо"», – сказала я в микрофон, держа его в дрожащих руках, в горле стоял ком, а на глаза наворачивались слезы.

На что Сергей Лозница мне сказал: «Ну, вы же себя никак не идентифицируете с теми комическими персонажами? С кем вы себя идентифицируете в этой картине? Получается, что Плотницкий и казаки – это вы?.. Вы можете предъявить претензию Гоголю. Россия середины XIX века по "Мертвым душам" была такой, там же ни одного нормального человека».

Микрофон пошел «гулять» по залу, а у меня подскочило давление, в висках застучали тысячи молотков, глаза наполнились слезами. Нет, я не такая. Я не отождествляю себя с ряжеными, у которых изо рта вместо слов изрыгается поток мата. Но режиссер увидел именно такими мою родину и моих земляков, и показал их всему миру. Увидел по видеороликам, и не удосужился даже съездить в населенные пункты поближе к линии разграничения, чтобы расширить свое представление о жителях «угольного региона».

Где гарантия, что люди, посмотревшие «реконструированные» профессиональными актерами «страшилки» о Донбассе, не сделают вывод типа «за что боролись…», «так им и надо», «валите обратно домой», «из-за таких на фронте гибнут украинские парни»… А как теперь на всех переселенцев будут смотреть чиновники из собеса, пенсионного, центра занятости и других государственных структур? Опять в их глазах будет читаться отвращение к тебе, презрение, что твой муж тут «отсиживается», а не «защищает свои земли». Так что новая волна ненависти со стороны собственных сограждан не за горами. Кто знает, возможно, даже пора собирать вещи в чемоданы и ждать звонка арендодателя со словами: «Я тут посмотрел фильм…»?

Кстати, почему фильм получил такое название, ведь действие происходит лишь на небольшой территории восточного региона? Об этом я тоже спросила.

«Знаете, есть такая картина, которая называется "Герника" (действие разворачивается в Испании в 1937 году, в разгаре кровопролитная Гражданская война, начавшаяся с путча тоталитарных военных сил под предводительством генерала Франко – прим.). Когда мы говорим "Герника", то мы говорим о войне… Есть места, которые дают определение феномену. И там [на Донбассе] очень ярко проявился этот феномен. Он связан с карнавалом, на фоне которого происходит трагедия… Если бы этот феномен проявился в Киеве, то я бы назвал фильм "Киев". Но почему-то он здесь не проявился…», – объяснил Лозница.

Сергей Лозница

Мне, как и многим моим коллегам-переселенцам, после просмотра фильма вспомнились фотографии Виктора Марущенко. Его книга с ироническим называнием «Донбасс – страна мечты», материал для которой он собирал на протяжении 2002-2003 гг., изобилует фотографиями о жизни в шахтерских городках: копанки, пьющие водку чумазые от угольной пыли мужики, бабы в касках и ситцевых платьях на фоне фотообоев с лебедями. Уголь с нелегальной шахты – единственное средство выжить. Они изредка продают то, что успели добыть за смену, в основном, меняют на продукты. У всех людей – преждевременно постаревшие лица.

«Ничего схожего с реальной жизнью. Я выросла в небольшом поселке, где этих копанок пруд пруди, знаю больше того Марущенко. По сей день считаю его "работы" подставой чистой воды», – сказала Ирина, у которой до войны было своего фотоагентство.

«От этого проекта было ощущение того, что людей, ставших героями, просто использовали, – добавляет Лина, работавшая в то время собкором всеукраинского издания, выходящего на украинском языке. – До войны на Донбассе любили снимать фото- и видеопроекты о копанках. Тогда я ловила себя на мысли, почему мне так неприятно на это смотреть? Вроде бы все правда. А после просмотра фильма поняла: так формировались стереотипы о Донбассе. И фотохудожники просто ретранслировали и эксплуатировали эти стереотипы».

Прошло 15 лет, и ретранслятором и эксплуататором теперь можно называть Лозницу. 13 эпизодов о жизни на неподконтрольной части Донбасса, которые плавно перетекают друг в друга. Все, кто хоть немного следит за жизнью «там», понимал, что сюжеты взяты из реальной жизни, которые «залиты» в YouTube. Хочется спросить, неужели все, кто там остался – это ходячие карикатуры и обезьяны с калашами? Один мой знакомый после просмотра фильма написал следующее: «Режиссер взял тему Донбасса, совершенно не зная этот регион. Я тут, в середине Донбасса, будто бы смотрю кино об инопланетянах».

Спасибо, что хоть на мгновение режиссер отошел от фарса и дал зрителя немного пожалеть людей, оставшихся «там». У меня сердце защемило, когда пожилой мужчина с отпечатком безнадеги проводил «экскурсию» по многокомнатному вонючему и сырому бомбоубежищу. Но и тут Лозница не до конца заставил зрителя выплеснуть эмпатию: плазма на стене, улыбающиеся дети «режутся» в игры на смартфонах, сверкающие огоньки новогодней гирлянды. Ну а что, не все так уж и плохо, худо-бедно жить можно. Только вот у меня перед глазами снимок донецкого фотографа Александра Худотеплого (Саши уже нет с нами, весной 2017 года он умер после длительной борьбы с раком). В конце декабря 2014-го он побывал в бомбоубежище на территории одной из шахт Петровского района Донецка. «Просто без слов… глаза малышки говорят о многом! Вы видели эти глаза? На Новый год они не просят игрушек… они просят просто Мира!», – подписал Саша свою фотографию, на которой девочка стоит возле стола, а на нем граненый стакан с почти сгоревшей свечкой. И рядом никаких признаков цивилизации в виде гаджетов, потому что люди в подземелье неделями сидели без электричества.

Весь эпизод, в котором чинится расправа над украинским добровольцем, привязанным к позорному столбу, у меня стояли слезы на глазах. Тут я вспомнила жительницу Ясиноватой Ирину Довгань, которую боевики обвинили в пособничестве украинским военным, а потом пытали на протяжении пяти дней. Кульминацией стало «распятие» на Мотеле – там женщине, обмотанной в украинских флаг, и надписью на груди «Она убивает наших детей. Агент карателей», плевали в лицо, ее избивали ногами. Еще долго Ирина будет помнить старушку с клюкой, которая с остервенением осыпала тело патриотки болезненными ударами.

Потом образ Ирины сменился образом добровольца батальона «Донбасс» Игорем Кожомой. Он тоже «имел честь» быть привязанным к позорному столбу в центре Зугрэса. Та же участь постигла и его жену. Окружающим внушили, что вот именно от них все беды в родном городе, и именно они якобы намерены истребить всех русскоговорящих младенцев. Бьют сильно. В лицо. От ударов у мужчины, которому на тот момент было 52 года, изо рта вылетают зубы. После того, как земляки избили его, Игорю пришлось самому себе удалить из сломанной челюсти четыре зуба. Потом были долгие восемь месяцев плена у донских казаков. Спустя время после освобождения умирает жена Кожомы. И даже в такой ситуации доброволец призывает людей к диалогу, убеждению всех и вся, начиная со своих соседей по дому, которые обвинили мужчину в том, что он подбросил мину на полигон, где подорвались дети. Получается, что Кожома все же более великий человек, чем режиссер-конъюнктурщик?

Но это не главный вопрос, зависший в воздухе после просмотра. Не приведет ли фильм к еще большей поляризации жителей Украины? Допустимо ли в искусстве поддерживать и эксплуатировать стереотипы об определенной группе людей или о жителях определенного региона? И как быть, когда после художественного проекта остается впечатление, что людей использовали, как материал? В Америке это назвали бы культурной апроприацией. А у нас этому названия нет…

***

О ком не снимут фильм, потому что не будет хайпа, не будет пиара и, в конце концов, номинации на премию «Оскар»? О жителях оккупированных территорий, которые сидят в орковских буцюгарнях, потому что за Украину. Разве история всемирно известного ученого Игоря Козловского не достойна экранизации? Человек 700 дней провел в заточении.

«Меня привезли в "МГБ ДНР", где сразу же опустили в подвал. Не образно "подвал", а буквально – помещение ниже лифта, разделенное на несколько отсеков, где по три-четыре задержанных устраивались, как могли, на бетонном полу: на выброшенных сюда когда-то досках и старой мебели, столешницах, медицинских кушетках. Тот отсек, где меня продержали месяц, был восемь шагов в длину. Из подвала выпускали по нужде два раза в день на две минуты. Кормили какой-то кашей с водой раз в сутки. Я это не ел, пока мне не разрешили принимать передачи с воли», – поделился ученый-религиовед своими воспоминаниями в первые дни после освобождения.

Кстати, 27 декабря будет год, как произошел обмен пленными, и Игорь Козловский стал свободным.

Об участниках «парада» военнопленных, прошедшего в День Независимости 2014-го на главной площади Донецка. Там было не меньше пятидесяти украинцев. Настоящих патриотов, которые словом или делом не угодили новой «власти». Кто знает их судьбу? Скольким удалось остаться в живых? Где останки убитых?

О ребятах из ультрас «Шахтера», которые в конце января 2014 года вышли на защиту участников донецкого Евромайдана и были непосредственными участниками проукраинских митингов 5 марта, а также 13-го – в день, когда был убит Дмитрий Чернявский.

О парнях, которые ушли добровольцами на войну и не вернулись. О нашем несгибаемом земляке Юрии Матущаке. Школьный учитель истории был активным человеком, и поэтому сразу присоединился к организации донецкого Евромайдана, создал самооборону Донецка. С первых дней войны Юрий вступил в ряды полка «Днепр-1» и отправился защищать страну под пулями. И одна пуля (а может, и не одна, это неизвестно, т. к. тело Юры до сих пор не найдено) убила парня. Это было в августе 2014-го под Иловайском.

Буквально перед сеансом встретила старого знакомого. Он уже давно живет в Киеве, сюда переехал еще до войны. В Донецке у него остались родные и близкие. Уехать они не могут по ряду причин. Продолжают работать в одном из самых известных медицинских учреждений города. Даже спустя четыре с половиной года они продолжают «гнуть» украинскую линию. Так тихонечко, сидя за кухонным столом, за закрытыми окнами. Как при Сталине. Чтобы соседи не узнали, и не сдали «куда следует». А их коллега был красноречив в своих высказываниях против нынешней власти и понаехавших, за что и поплатился. Однажды он не вышел на работу. И дома его тоже не оказалось. Человек попросту исчез. Где он, жив ли он, никто не знает. О таких, как он, тоже не снимут кино…

***

С 18 октября в широкий прокат вышел фильм «Донбасс», снятый украинским режиссером белорусского происхождения Сергеем Лозницей. Мировая премьера состоялась на Каннском фестивале, где фильм получил награду за лучшую режиссуру в конкурсной программе «Особый взгляд».

В этом году «Донбасс» представит Украину на кинопремии «Оскар». Она обошла пять других претендентов в финальном списке, среди которых был еще один фильм о Донбассе – «Киборги», фильм застрелившегося в этом году Леонида Кантера «Миф», работа Марыси Никитюк «Когда падают деревья», «Брама» Владимира Тихого и «Вулкан» Романа Бондарчука. Среди соперников «Донбасса» на «Оскаре» будут такие нашумевшие работы, как «Магазинные воришки» Хирокадзу Корээда (фильм получил «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля) и «Рим» Альфонсо Куарона. Церемония награждения «Оскара» состоится 23 февраля 2019 года.

Анна Курцановская, РПД «Донецкие новости»

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять