RU
Все новости

Марина Курапцева: Жить в оккупации – не оправдываться

Марина Курапцева
Марина Курапцева

«Они сидят там, значит, им нравится», «Все нормальные выехали», «Они позвали войну»... Жители оккупированных территорий Донбасса за четыре с лишним года вооруженного конфликта стали легкой мишенью не только для разнокалиберных орудий, – не менее метко бьет пропаганда, сделавшая их «предателями» в глазах собственных соотечественников.

Мне всегда больно, когда слышу / читаю: «Я остался в Донецке (Луганске, Макеевке, Горловке), но я нормальный, просто не могу выехать». Давайте попробуем напомнить себе, почему украинцы, живущие на временно неподконтрольной украинскому правительству территории Донбасса, не должны оправдываться.

Кто-то может сказать, что этот текст звучит, как оправдание, несмотря на мысль, вынесенную в заголовок. Но я думаю, что это, скорее, объяснение, – необходимая часть диалога, который уже давно пора вывести из плоскости взаимных обвинений. А для этого нужно попробовать друг друга понять.

Мы у себя дома. И этим все сказано. Даже если дом – в оккупации, он не перестанет быть вашим домом. Это ваша крепость, защита, иногда – единственное, что осталось, когда привычный мир рухнул, и в прошлом остались успешна карьера, любимая работа, привычный круг общения…

Жизнь в оккупации существенно отличается от жизни на мирной территории: другая система ценностей, отсутствие возможности защитить свои права, постоянный страх быть схваченным, обвиненным, брошенным «на подвал».

По сути, для отрезанных от «большой земли», лишенных пенсий украинцев, дом – это единственное, что осталось. Особенно – дом с огородом или садом, которые помогают выжить, когда пенсию заблокировали, работы нет, а на мирной территории как будто уже и позабыли, что «там» остались люди. Те же граждане Украины, что и во Львове, Киеве. Днепре, Харькове и Одессе.

«Но как же так, там же оккупация, они живут с оккупантами!», – обязательно найдется тот, кто это скажет. Наверное, люди представляют себе жизнь в оккупации, как черно-белый фильм ужасов, а обязательным элементом такой жизни им видится почему-то предательство Украины.

Так действует пропаганда: абсолютно равноправные граждане Украины делятся на «предателей» и «патриотов», хотя одни еще вчера и не думали о «присоединении к России», а другие – никогда не носили вышиванок. А действует она по обе стороны линии разграничения. Потому что война идет не только на Донбассе – агрессия России направлена против всей Украины, и, если где-то не звучат «Грады», это не значит, что там не ведется война.

Но если без эмоций? Вот представьте, что завтра кто-то пришел в ваш город, повесил на здании администрации флаги чужого государства, разоружил правоохранителей, провел «референдум», а послезавтра – ввел военные формирования без опознавательных знаков и установил блокпосты, а еще через день – начались обстрелы и город оказался отрезанным от Украины. Ваши действия?

Наверное, первым в голову придет, что…

«Некуда бежать». Некуда. Не на что. Не к кому. Давайте будем честными: с начала вооруженного конфликта на Донбассе и аннексии Крыма украинское государство не выработало ни одной эффективной, реальной, универсальной программы помощи внутренне перемещенным лицам.

С 2014 года я и моя семья – переселенцы. Ни разу не получали гуманитарную помощь от волонтеров; не являемся участниками программы «Доступное жилье» (и, реально оценивая свои возможности, понимаем, что собственное жилье у нас вряд ли появится); предложений о социальном жилье за прошедшие годы также не получали. За четыре с лишним года кочевой жизни мы уяснили: переселенцы не нужны никому, кроме самих переселенцев.

Нет, мы не жалеем, что живем на мирной территории, так как для нас бегство было единственным спасением. Мы спасали свои жизни. Но идеализировать жизнь в мирной Украине тоже не можем, это было бы нечестно. Дорогая аренда жилья, высокие тарифы на коммунальные услуги, бесконечный рост цен на продукты и товары, – все это на фоне незакрытых базовых потребностей является тяжкой ношей.

Поэтому псевдопатриотические призывы «бросайте хаты, бегите от оккупантов» хороши на митингах и «взлетают» в популистских постах, например, в Фейсбуке или Твиттере, – но совершенно не годятся для реальности, в которой людям надо питаться чем-то, кроме лозунгов и обещаний власти и политиков.

Патриотизм не подразумевает отказа от собственных благ во имя просто счастья жить в мирной Украине. Да, по обе стороны линии разграничения не найдется, наверное, ни одного здравомыслящего человека, который хотел бы продолжения войны. Но кто из нас способен просто покинуть свое жилье на разграбление? Ведь оккупация – не только разрушенные обстрелами дома, а еще и населенные пункты, где флаги и «власть» сменились без единого выстрела. И люди просто привыкли. Как привыкли бы и вы, если, не дай Бог, в ваш город пришла беда под названием Россия.

И судить о патриотических настроениях на оккупированной территории, как минимум, неуместно, потому что…

Патриотизм – это не уродливый злобный божок, рожденный пропагандой. С начала войны на Донбассе не перестаю удивляться примитивности представлений о патриотизме, которыми пропагандисты кормят украинский народ. Увы, блюдо пользуется популярностью. Наверное, потому что «приправа» для каждого региона – собственная, уникальная, она легко усваивается и вызывает привыкание. Одесса всегда отзовется на 2 мая, Харьков – на страх получить «ХНР», Львов – на «вони завжди такі були», и все без исключения – на «понаехали тут за пенсиями».

«Не выехали – значит, не патриоты». Во-первых, покажите закон, в котором сказано, что во время оккупации люди не имеют права оставаться в собственных домах, и это как-то связано с патриотизмом (законодательную характеристику понятия «патриотизм» также было бы неплохо увидеть; если она существует, конечно).

На самом деле любовь к стране и любовь к государству – наверное, все-таки совершенно разные вещи. Если страну мы любим безоговорочно, потому что наша Украина действительно красивая, теплая, хлебосольна и гостеприимная страна, то государственный аппарат должен заслужить уважение граждан. А пока он с этой задачей не справился.

Государство, которое не может защитить собственных граждан, – не может и рассчитывать на симпатии народа, не говоря уже о любви и патриотизме. Патриотизм на голодный желудок плохо усваивается – спросите хотя бы у стариков-переселенцев, которые потеряли дома вследствие обстрелов, и вынуждены скитаться по чужим углам, да еще и периодически выслушивать, что «вы позвали войну».

Я не буду долго писать о патриотах, уникальных и удивительных людях, которые в оккупации находят возможность помогать украинской армии или своим вчерашним соседям – теперешним переселенцам. Не буду рассказывать о переселенческих акциях у стен Верховной Рады и Кабмина. О требованиях вернуть нам гражданские права: право выбирать местную власть, право получить кредит в банке, право арендовать квартиру без унизительных оправданий: «Я из Донецка. Но вы не думайте…».

Не буду, потому что украинские патриоты обязаны знать все это на пятом-то году войны. А если мы все это знаем, то нам должно быть очевидно: «кто-то хитрый и большой» с каждым днем все сильнее и сильнее разделяет граждан Украины. Будем ему помогать и дальше – или вспомним, что до войны (всего-то 4,5 года назад) мы неплохо уживались в одной стране?

Марина Курапцева, независимый журналист, переселенка из Енакиево
для РПД «Донецкие новости»

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять