RU
Все новости

Начинала с кошечек: К переселенке Марине Крыжановской в Борисполь едут рожать из Краматорска

Марина Крыжановская
Марина Крыжановская

Недавно в мессенджер Facebook мне написала землячка, которая читает мои статьи. Женщина предложила написать материал о гинекологе из Макеевки, которая сейчас работает в Борисполе (Киевская область): «Марина Крыжановская – очень хороший врач, с ее приходом рейтинг местного роддома взлетел. О ней часто пишут в местных группах, многие мамочки ее рекомендуют. Я хоть у Марины Витальевны не рожала, была только на плановых осмотрах, но мнение как о человеке и как о специалисте сложить успела. Мне бы хотелось, чтобы вы с ней пообщались и написали статью. Думаю, что получится очень интересно».

Мой звонок застал Марину в отпуске, который она с семьей проводила в Донецкой области на Белосарайской косе Азовского моря. Женщина отметила, что в мирное время каждый год сюда приезжала. С началом войны впервые удалось попасть сюда – в место, с которым связаны только лучшие воспоминания.

Доула с психологическим образованием

Будучи маленькой, Марина Крыжановская мечтала быть врачом. «С малых лет я принимала роды у кошки. Моя бабушка жила в Виннице, и каждое лето из Макеевки я ездила к ней на лето. И так получалось, что кошка обязательно на каникулах "приносила" наследников. Даже не было сомнений, кем быть. Только врачом! Тем более, что в семье у меня было достаточно людей в белых халатах, только вот они все стоматологи. И только я после учебы в Донецком медуниверситете пошла на полтора года в интернатуру по специальности "Акушерство и гинекология"», – отметила собеседница.

После учебы она сразу устроилась в Перинатальный центр города Макеевки. Там Марина работала до декабря 2014 года. Еще будучи в интернатуре она была доулой – помощницей при беременности и в родах, оказывающая практическую, информационную и психологическую поддержку. Для этого Крыжановская закончила Макеевский экономико-гуманитарный институт по специальности «Психология». «На тот момент интернам многое не позволяли делать, и я решила взять на себя функции доулы: общалась с теми парами, которых готовила к родам, была на самих родах вместе с ними. Большинство женщин на тот момент были не готовы к тому, чтобы во время родов рядом с ними присутствовали родственники, им проще, и прежде всего, в моральном плане, было находиться с доулой, чем с мужем или мамой. Я ездила вместе с врачами – они выполняли свою лечебную функцию, а я была как наблюдатель и помогала женщине», – объяснила Крыжановская.

Работа доулой дала будущему акушеру-гинекологу много практических знаний. «Так что в перинатальный центр в Северной больнице Макеевки я пришла не только теоретиком, но и практиком. Своими усилиями при помощи единомышленников на базе больницы организовала школу по подготовке семей к родам, проводила тренинги по партнерским родам, обучала мужчин, как считать схватки, как помогать женщине при схватках, на какие точки надавить, чтобы ей было легче», – рассказала Марина.

Пропагандировала грудное вскармливание

Также Крыжановская одна из первых в Макеевке взялась за поддержку грудного вскармливания. «Если у женщин возникали проблемы, я даже домой к ним приезжала и помогала. Потому что старыми методами, которые еще использовались в СССР, на самом деле очень травмировали грудь и вредили грудному вскармливанию. В каждой палате нашей больницы были номера телефонов тех женщин, кому я помогла в свое время наладить процесс грудного вскармливания, и каждая роженица могла позвонить и проконсультироваться у них. Если же компетенции моих "учениц" не было достаточно для разрешения проблемы, то уже на помощь спешила я», – вспоминает собеседница.

«Макеевский» период Марины

Помимо родов и грудного вскармливания немаловажно качественное обследование во время беременности. В разговоре Марина говорит, что практически все будущие роженицы проходили обследование в медико-генетическом центре, располагавшемся на Пожарной площади в Донецке. До войны донецкий «Геном» наряду с харьковским был самым сильным медучреждением с квалифицированными кадрами; сейчас Александр Краснов по-прежнему возглавляет медико-генетический центр, но теперь уже в Киеве.

«Врачи этого центра проводили УЗИ плода, скрининг первого и второго триместра. И если мы знали, что есть порок развития, обговаривали это с будущей роженицей. И если она готова была рожать, несмотря на возможные патологии, то направляли ее в нужное медучреждение. Например, если порок сердца, то роды должны быть обязательно в учреждении третьего или четвертого уровня, т.е. надо было ехать в столичный Институт педиатрии, акушерства и гинекологии. Но таких случаев за мою десятилетнюю практику было очень мало, по крайней мере, в Северной больнице. Наше учреждение было второго уровня, мы брали на себя преждевременные роды», – объяснила специалист.

Операция при свете коногонки

С началом войны, в 2014-м, около 80% коллег Крыжановской выехали. Марина сначала оставалась в Макеевке. Говорит, что врачей осталось меньше, чем пальцев на двух руках. Им практически приходилось дневать и ночевать на работе.

«Помимо своих должностных обязанностей, мы выполняли работу акушерок и санитарок – мыли и стерилизовали инструменты, готовили операционные. Нам во что бы то ни стало надо было создать соответствующие условия для женщин, которые рожали в этот "горячий" период. Спускали будущих мам в подвал, чтобы переждать обстрелы. Бомбоубежище было чистым, но не пригодным для пребывания там пациенток. Мы сносили туда матрасы и кровати. Бывало такое, что сразу же после кесарева сечения женщину с ребенком спускали в бомбоубежище. В нашей больнице было единственное бомбоубежище в округе, поэтому к нам приходили не только будущие мамы и уже родившие женщины, а и жители соседних домов. Зачастую оперировали при свете от коногонок (индивидуальный осветительный прибор, используемый шахтерами). Это был ужасный период в моей жизни, о котором стараюсь как можно меньше вспоминать», – поделилась она.

В июле 2014 года Марина отправила дочку в Киев к своей двоюродной сестре. На тот момент девочке было 13 лет. «Думала, что к началу учебного года заберу обратно, но война не закончилась, а только набирала обороты. В конце августа дочка поставила ультиматум, что если я не приеду к ней на 1 сентября, то в школу она не пойдет. Я пообещала, что приеду, и слово свое сдержала. Но дорога из Макеевки в Киев была трудной. На такси от дома в Константиновку в мирное время ехать около часа, а мы ехали 5 часов. Я и таксист неоднократно выбегали из машины посреди дороги и, закрыв голову руками, падали на землю – вокруг нас рвались снаряды. А потом посреди дороги, где вокруг были только поля, в машине закончился бензин. В тот момент я думала не только о себе и своей жизни, я так же несла ответственность за таксиста, которого дома ждали супруга и трое маленьких детей. Я позвонила отцу, и он из Авдеевки приехал к нам. Заправил машину, отблагодарил таксиста и отправил его к семье. А папа уже дальше повез меня. К поезду я успела и, как обещала дочери, смогла присутствовать на празднике Первого звонка», – вспоминает Марина те события.

Потрясения в Овидиопольском роддоме

В ноябре 2014-го по больнице пошел слух, что в скором времени будет закрыта «граница» между «ДНР» и Украиной, и люди не смогут пересекать линию разграничения. Марина не стала дожидаться, пока информация будет опровергнута или подтверждена, собрала вещи в сумку и уехала на мирную территорию. Но не в столицу, а в Одесскую область. «Почему туда? Дело в том, что за месяц до этого сюда переехала наша коллега. Она сказала, что в местном роддоме острая нехватка врачей. В начале декабря "донецких" стало трое, нас сразу же трудоустроили и буквально на следующий день мы приступили к работе. У меня было огромное желание забрать дочку к себе, но не позволяли условия. Жила в съемном доме, который очень плохо отапливался, т.к. хозяйка экономила, на чем только могла. Позволить арендовать более комфортное жилье я пока не могла. Воссоединились мы через полгода – в 8 класс дочка пошла уже в Овидиополе», – продолжила свой рассказ переселенка.

Марина с дочерью

В небольшом городке, расположенном в центре Одесской области между левым берегом Днестровского лимана и Черным морем, Марина с дочкой была недолго. Оставаться тут у героини не было желания. А все из-за расхождения взглядов с руководством на развитие роддома.

«Они не понимали или делали вид, что не понимали, что такое партнерские роды и зачем они нужны. Помню, первое, что меня удивило, так это температура в родильных залах – всего лишь 16 градусов тепла. А за окном декабрь месяц. У нас в Макеевке было не меньше 23-х градусов. Второе потрясение – только что родившегося ребенка обливали хлоргексидином, что убивало "родную" микрофлору, а вместе с ней – и иммунитет новорожденного. Третий момент – новорожденного не выкладывали маме на грудь. Все, что я со своими коллегами из Макеевки хотели внедрять, нам запрещали. И в какой-то момент мы все трое поняли, что не хотим бороться с руководителем, у которого отсутствует желание совершенствоваться и менять роддом в лучшую сторону», – посетовала она.

Марина (крайняя слева) на работе

Работа в Борисполе: трудности и внедрение новшеств

Когда у Марины практически опустились руки, в конце января 2015-го поступило предложение от Новруза Мамедалиева, ее сокурсника по донецкому университету, переехать в Борисполь. Новруз также переселенец и работает хирургом в Бориспольской больнице.

«Дочка собрала вещи за один день, и 1 февраля 2015 года мы были уже в новом городе. 3 февраля был мой первый рабочий день в качестве дежурного врача. Поначалу все было хорошо, а когда дело дошло до перемен в работе и структуре медучреждения, заведующий родильного отделения принял такую же позицию, как и его коллега в Овидиополе. К тому же он уничтожал меня морально, неоднократно назвал "сепаратисткой". Обвинял в том, что я якобы желаю смерти бориспольским роженицам. Дело в том, что до недавнего времени тут принимали роды по старинке, и все новое что внедрялось, у него вызывало гнев. Конфликт с каждым днем все рос и накалялся, но главный врач Александр Щур меня услышал и защитил – в итоге в отделении сменился заведующий» – рассказала Марина.

В 2016 году роддомом возглавил Юрий Черных – тоже переселенец, но из Луганска, а Крыжановская заняла должность заведующей гинекологическим отделением. «Мы в тандеме полностью меняли структуру роддома, внедряли лапароскопические операции в полном объеме, совместно с неонатологами открыли школу по подготовке семьи к родам. Знаю, что на родительских форумах первое время на меня и Юрия Анатольевича было вылито много грязи, причем, писали пользователи с закрытыми или пустыми профилями. Умные люди проанализируют и сделают выводы, кому и зачем это надо было делать. Но собаки лают, а караван идет дальше. Нам удалось внедрить в Борисполе все то, что еще до войны в Луганской и Донецкой области действовало на все 12 баллов», – рассказала Крыжановская.

Юрий Черных и Марина Крыжановская

Каждый день переселенке в мессенджер Facebook пишут десятки женщины, которые хотят встать к ней на учет или рожать. Только за прошлый год благодаря профессионализму нашей землячки в роддоме Борисполя на свет появилось около 300 малышей. Собеседница вспоминает, что не так давно на роды к ней приезжала женщина из Краматорска, только потому, что еще в мирное время, живя в Донецке, ее первый ребенок появился под наблюдением Марины.

«В память о Донецке мы с коллективом роддома сделали клумбу и высадили розы. Так что теперь у нас около роддома есть мини-Донецк», – поделилась переселенка.

«Мини-Донецк» в Борисполе

Мальчик, который стал сыном

Периодически Марина Крыжановская ездит на малую родину. Не за тем, чтобы проведать могилки родных или побывать в своей квартире. В Макеевку ее тянет потому, что там живет 10-летний мальчик. «Он сын моей некогда пациентки, которая со временем стала подругой. Война нас разделила, но мы часто созванивались. Два года назад подруга рассказала о том, что ее мучают боли, и она хочет ко мне приехать, чтобы пройти полное обследование. Она даже купила билеты на поезд. А буквально за пару дней до отъезда позвонила ее мама и рассказала, что Вика умерла. У бабушки на руках остался внук», – делится Марина.

Она в срочном порядке подает документы на электронный пропуск для пересечения линии разграничения. «Нахожусь в предчувствии как приеду в Донецк, оформлю документы на мальчишку – бабушка была не против, чтобы я забрала мальчика с собой в Борисполь. В это время бабушка должна была начать процесс оформления опекунства для себя и разрешения для вывоза мальчика за пределы "ДНР". Когда первая часть документов была готова, бабушка умирает буквально у ребенка на руках», – продолжает женщина.

Нашелся дальний родственник мальчика – муж умершей родной сестры бабушки. Опекуну больше 60-ти лет, средств на существование им не хватает. Поэтому Марина старается хотя бы раз в три месяца приезжать и помогать, чем может.

«Я очень хочу, чтобы война закончилась, и тогда смогу забрать мальчика. Люблю его, как своего ребенка, и хочу, чтобы он был счастлив», – с грустью в голосе заключила переселенка из Макеевки.

Анна Курцановская, РПД «Донецкие новости»

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять