RU
Все новости

Многие из «ЛНР» и «ДНР»: Как житель Луганска попал в трудовое рабство в России

Фото из открытых источников
Фото из открытых источников

Житель неподконтрольного украинским властям Луганска – 32-летний Евгений решил поехать в Россию на заработки на лето, чтобы прокормить маленькую дочь и жену в декрете. Но парень не догадывался, что в России вместо денег и комфортных условий работы, которые обещали авторы объявления, его ждет настоящее трудовое рабство, передает «Черноморская ТРК».

Евгений работал горняком на шахте в Краснодоне (после переименования – Сорокино, Луганская обл.), но его сократили. Пытался работать на рынке, торговал автозапчастями, но «прогорел». Год назад парень женился, его дочери сейчас 1 год.

Найти подходящую работу в Луганске ему не удалось. «А куда идти работать, у нас тут работы реально нет. Разве что в "армию [ЛНР]" только, но у меня жена и маленькая дочь, их нужно кормить и обеспечивать. А тут увидел объявление на остановке. Пишут, что требуются на яблоки рабочие в Краснодарский край. Оплату обещали 30 тыс. руб. (11,4 тыс. грн по курсу местного банка на 02.09.2019, – прим. ред.) в месяц. Для наших краев зарплата более чем хорошая. Проезд, питание, проживание бесплатно обещали. Почему бы и не согласиться. Думал, поработаю месяца три, денег домой привезу. Ну, я и позвонил, это было начало июля», – рассказывает Евгений.

«Вербовщиком, так сказать, оказался луганчанин, назвался Сергеем. Он назначил время и место. Через пару дней нас собрали, человек 7, возле луганского автовокзала. Погрузились в маленький бусик, белый "мерс", и повезли на российскую  границу через пункт пропуска Изварино. Там таможню прошли быстро, вопросов не возникало. Настроение веселое, компания хорошая подобралась: из Луганска несколько человек, еще кто-то из Краснодона, и из Лутугино была парочка. В общем, все местные и безработные. Уже по Ростовской области ехали, мы начали свои "тормозки" разворачивать и кушать. Остановились на заправке, в туалет там сходили. И тут этот Сергей-вербовщик говорит: мужики, давайте отметим это дело, я вас пивом угощаю. Ну, мы и согласились. Он нам из пластиковой баклажки начал наливать по стаканам одноразовым. Я выпил, меня резко срубило, и я уснул, точнее даже просто вырубился. Как я понял на следующий день, он нам подмешал что-то», – вспоминает парень.

После этого он еще полдня дремал в автобусе, который изменил маршрут и направлялся уже не в Нальчик. Вербовщик пояснил это тем, что якобы там работы больше и лучше заплатят. Вместо Нальчка мужчин привезли в село Второй Лескен, поселили в сарае на ночлег, якобы временно. Встречал зарабитчан кавказец по имени Магомед. На следующий день Сергей собрал у группы паспорта, чтобы «официально все оформить» и исчез.

«Мы спрашиваем у этого кавказца, который представился Магомедом, "где наши паспорта?". А он: а я откуда знаю, я у вас их не брал. Я говорю: хватит валять дурака, отдавай паспорт, я домой поеду. А Магомед говорит: "Ты еще за проезд не отработал, так что никто тебя не отпустит". Я говорю: "Какой проезд, бесплатно же?" А он: "А что в этом мире бесплатно?" И тут я понял, что я /*попал. Хотел позвонить жене, но у меня Магомед и его дружки забрали мобильный телефон, у нас у всех забрали. А Сергею, говорят, за каждого "раба" по 5 тыс. руб. (1,9 тыс. грн, – прим. ред.) заплатили», – продолжает Евгений.

В бараке вместе с ним жили 40-50 человек. «В основном, все из "ЛНР" и "ДНР", и женщины, и мужчины. Но хозяева нас обзывали "хохлы" и "гуцулы". Я говорю: ну, ладно хохлы, какие ж мы гуцулы, если из Донбасса родом? Но тем все равно: гуцулы да гуцулы твердят. Каждый день нас выводили на поля. Вместо обещанных яблок оказались помидоры. Полоть, собирать. Там поля огромнейшие. И несколько плодоовощных комбинатов перерабатывающих, это у них основная работа, все там заняты местные. Нас в 6 утра вывозили на поля, и мы там трудились до самого заката… По 12-16 часов. Кто на сборе, кто на погрузке, молодых и сильных в основном на погрузку ставили. Складываешь в ящики, потом грузишь в грузовики и фуры. Жара была там сильная, люди в обморок падали», – описывает свою «работу» луганчанин.

Кормили их кашей, супом и вермишелью быстрого приготовления. «Воду привозили, но не очень чистую. Сигареты дешевые иногда, по пачке на несколько дней. Пару раз в неделю водку давали или спирт. Я вообще-то не пью, но там пил, потому что хоть как-то нужно было отвлекаться от грустных мыслей. Мылись в основном в реке, там протекает такая небольшая, Грязнушка называется, названию соответствует. Мылись, что называется, под конвоем: над нами стоял надзор из нескольких человек, они говорили: кто рыпнется – застрелим», – рассказывает мужчина.

«Оружие было… Били, причем жестко. Вечером врывались в барак и втроем-впятером избивали и руками, и ногами тех, кто, например, приболел, и из-за этого мало работал или вообще отказывался идти с утра работать. Так же поступали и с теми, кто пытался сбежать. Один паренек после ужина улизнул, утром его не обнаружили при "поверке". Хозяева поехали на машине и словили его в километрах 15-ти, он шел по трассе. Вернули обратно в Лескен Второй – били очень крепко. Сказали: в полицию не вздумайте жаловаться, ибо бесполезно, все там схвачено. И правда: иногда участковый к нам захаживал, с Магомедом за руку здоровается, улыбается. Кто-то из наших кричит: "Нас тут в плену держат, помогите". Полицейский, будто глухой, улыбнулся, развернулся и ушел. А Магомед тогда лишил нас ужина, говорит, сильно много себе позволяете», – говорит Евгений.

Луганчанин решился бежать и ждал подходящего момента, поскольку опасался, что если его поймают, то могут покалечить и даже убить. Связаться с родственниками у него не получалось, а местные жители «рабам» не помогали, хотя все знали, в каких условиях здесь держат людей.

«Бежал ночью, наши с барака ребята видели, но охране не выдали. Я околицами села пошел, на мой взгляд, в сторону трассы на Нальчик, и чуть не вышел в другую сторону, но спросил людей. Уже утром дошел до соседнего села, Анзорей, за рекой. Там днем отлежался в каком-то стоге сена. Ни денег, ни еды, ни мобильного не было. На полях воровал кукурузу, ее ел. Пил из родников. Плюс эти ненавистные помидоры… Такое чувство, что я их больше никогда в жизни есть не буду. Знал, что меня уже ищут, поэтому днем на трассу выходить боялся, там бы быстро нашли и вернули», – вспоминает Евгений.

«Следующей ночью удалось застопить фуру до Пятигорска: водила нормальный попался, без денег согласился провезти, поверил моей истории. На федеральных блокпостах, коих на Кавказе много, он меня прятал в фуре, где вез какие-то продукты. Я же без паспорта. В Пятигорске он мне дал 3 тыс. руб. и еды. Говорит: как сможешь отдашь. Я купил билет до Ростова. На автобусе доехал без приключений, хотя один раз чуть не "спалился" перед полицией, хотели проверить документы, но пронесло. А внимание я к себе очень привлекал: худой, грязный, небритый, глаза впавшие… Я там похудел килограмм на 15 наверное», – говорит мужчина.

Из Ростова ему удалось позвонить жене в Луганск. «Она там уже с ума сошла, ведь я с момента отъезда ей ни разу не звонил, уже и в полицию подала в розыск меня! Рассказал ей, что да как. Она приехала меня встречать в город Донецк Ростовской области, это самая граница. Привезла мне вещи, еду и паспорт "ЛНР". Украинский-то у меня забрали в Лескене, а "местный" дома лежал… Никогда не думал, что он мне пригодится. И вот границу пересек по нему и в тот же день дома был», – сообщил луганчанин.

В рабстве в России он пробыл почти месяц, по приезду в Луганск Евгений пытался помочь своим землякам, но безуспешно. «А оно им надо, полиции этой? Да, обращался, в Луганске написал заявление, описал все свои приключения. Они говорят: разберемся, ждите. Но кто там разбираться будет. В России там своя круговая порука, а эта луганская полиция… Оно им триста лет не надо», – отмечает он.

Людям, которые хотят отправиться на заработки, мужчина дал совет: «Никогда не верьте в эти сказки, о российских молочных реках и кисельных берегах! Чем красивее "поет" работодатель, тем больше шансов, что вас обманут, и кинут, или в рабство заберут. Особенно это касается вакансий в сельском хозяйстве на юге России. Мне еще повезло, знакомый говорит, сейчас многих вербуют в Дагестан, на кирпичные заводы, так там еще тяжелее условия, оттуда, как правило, не возвращаются. Как бы тяжело ни было в Луганске, но я рад, что вновь с семьей. Лучше уж тут найду работу и буду рядом с женой и дочкой, чем сгину в этой России и никогда не найдут».

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять