RU
Все новости

Когда и кого начнут штрафовать за русский язык на Донбассе

Фото из открытых источников
Фото из открытых источников

Несколько дней назад новая уполномоченная по защите государственного языка Татьяна Монахова рассказала о том, как именно и от кого она будет защищать украинский язык.

Если кто-то будет жаловаться

«Моя основная задача – обеспечить права граждан Украины на получение информации и услуг на государственном языке. То, на каком языке человек общается в быту, – его личный выбор, за который не может быть наказания. Но если человек как гражданин обращается к государству с просьбой защитить, научить, вылечить, предоставить работу, то государство требует использования именно украинского языка. Украинский язык – это возможность вступить в украинские университеты, попасть на госслужбу, служить в украинской армии», – сообщила языковый омбудсмен.

Она также сказала, что уголовной ответственности за нарушение закона о государственном языке не предусмотрено, однако, есть административная ответственность. «Это штрафы разного уровня, от 200 до 700 необлагаемых минимумов. На сегодня это примерно 9800 – 11900 грн», – уточнила Монахова.

«У нас все чиновники, судьи, все учителя… законодательная, исполнительная, судебная ветви власти, образование, медицина и армия – это то, где украинский язык должен быть базовой надстройкой. Поэтому мы будем рассматривать жалобы, если кто-то будет жаловаться. Жалобы на нарушения закона о государственном языке можно будет подавать как на портал языкового омбудсмена и специальные страницы в социальных сетях, так и в бумажной форме», – добавила она.

Правда, Монахова сразу оговорилась, что офис уполномоченного по государственному языку полноценно заработает только через полгода. Эти полгода будут потрачены как раз на то, чтобы «запустить юридическую машину защиты украинского языка», так сказать, на полную мощность.

Примечательно, что за несколько дней до этого языковой омбудсмен прокомментировала возможные последствия от обнародованного ранее заключения Венецианской комиссии по поводу украинского закона о защите государственного (т.е. украинского) языка. По ее словам, последствий в общем и целом… не будет никаких.

«В правительстве Украины не видят проблем в заключении Венецианской комиссии относительно закона о защите государственного языка. Комиссия согласилась с правом Украины на защиту и популяризацию своего государственного языка. Они отмечают как позитив, что в этом законе заложена возможность любому гражданину изучить государственный язык. Но там есть и рекомендации, к которым Украина в определенной степени прислушивается. В частности, готовится закон о нацменьшинствах, где все пожелания будут приняты к рассмотрению», – заявила она.

Нейтрализовать демонов

Как известно, закон «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» был принят Верховной Радой 25 апреля нынешнего года. А 16 июля 2019 года этот закон вступил в силу.

«Все силы ада собрались и делали все возможное, чтобы этого не произошло. Но все их усилия разбились о твердость воли украинского народа... Сотни лет враги убивали украинский язык, но теперь мы больше не позволим попирать и уничтожать наш украинский язык – государственный язык в украинском государстве», – прокомментировал случившееся тогдашний спикер Верховной Рады Андрей Парубий.

Кого именно тогда он подразумевал под «силами ада», осталось неизвестным. Потому, что данный закон в Украине не понравился довольно многим. Причем, некоторые прямо говорили, что этот закон направлен конкретно против русского языка в Украине и русскоязычных украинцев.

К примеру, этот закон предписывает проведение всех публичных и культурно-массовых мероприятия (в т.ч. различные научные симпозиумы, конференции, круглые столы и т.д.) исключительно на украинском или… английском языке. Использование русского – исключено.

В сфере обслуживания (магазины, рестораны, салоны красоты, парикмахерские, автомойки и т.д.), работники должны использовать только украинский язык. Можно обслуживать людей на других языках, только если они этого хотят. Если же клиент говорит по-украински, работники обязаны ответить ему тем же. Та же ситуация и в медицине.

Предприятия все форм собственности (включая коммунальные) в работе также должны «обеспечивать обслуживание клиентов на украинском языке». Информация о товарах и услугах на иностранном языке не запрещена, но ее объем не может превышать половины. Другая половина – на украинском. Сайты по продаже товаров и договора о продажах, интернет-магазины и интернет-каталоги также должны быть на украинском языке.

Также украинский язык, согласно закону о защите госязыка, должен стать обязательным во всех воспитательных и учебных заведениях страны, включая дошкольные и внешкольные заведения. Впрочем, основные нормы здесь регулируются другим законом – «Об образовании». Но там они, в общем-то, те же.

Разобщающий закон

По сути, принятие данного закона было прощальным «подарком» президента Петра Порошенко и его команды в Верховной Раде и правительстве тем украинцам, которые на последних президентских выборах отдали предпочтение его оппоненту – нынешнему президенту Украины Владимиру Зеленскому. Поэтому многие противники этого закона рассчитывали на то, что новый президент скорректирует, мягко говоря, слишком однобокую языковую государственную политику.

И, определенные основания для этого были. «Мы должны инициировать и принимать такие законы и такие решения, которые консолидируют общество, а не наоборот. Украинский язык – единственный государственный в Украине. Здесь нет никаких компромиссов. Но, моя принципиальная позиция – государство должно способствовать развитию украинского языка путем создания стимулов и положительных примеров, а не запретов, наказаний и осложнений бюрократических процедур. Этот закон был принят без предварительного широкого обсуждения с общественностью. К проекту закона было внесено более 2000 поправок, что говорит об отсутствии согласия по отдельным его положениям даже в Верховной Раде. После моего вступления в должность президента будет сделан тщательный анализ этого закона, чтобы убедиться, что в нем соблюдены все конституционные права и интересы всех граждан Украины», – заявил Владимир Зеленский немедленно после принятия закона Верховной Радой.

Однако потом ничего из обещанного не случилось. Языковая политика предыдущей власти, по сути была продолжена. В этой связи можно отметить заявление министра образования уже нового правительства Анны Новосад, сделанное два месяца назад. «Русскоязычные школы еще есть, однако с сентября 2020 года такие школы переходят на украинский язык обучения. Школы языков меньшинств, которые относятся к языкам Евросоюза, перейдут на украинский язык обучения с сентября 2023 года… Однако в этих школах будет сохраняться возможность изучать свой предмет — родной язык на родном языке. Если мы говорим о русском меньшинстве, это будет отдельный предмет, плюс можно будет иметь факультативы»,–- заявила тогда министр.

Удивленная Европа

Интересно, что к тому моменту украинский закон о государственном языке уже вовсю критиковали… в Европе. «Для того, чтобы обеспечить справедливый баланс между защитой прав национальных меньшинств, свободой выражения взглядов и поощрением государственного языка, мы призываем Кабмин в приоритетном порядке разработать закон о правах национальных меньшинств и коренных народов», – заявила в середине сентября глава миссии ООН по правам человека в Украине Матильда Богнер.

«Языковая политика Украины нарушает права нацменьшинств. К примеру, это касается разделения между языками Евросоюза и всеми остальными в законе "Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного". Такая классификация говорит о том, что по отношению к разным нацменьшинствам проводится неравная политика, а это вносит элементы дискриминации», – заявил следом за ней верховный комиссар ОБСЕ по делам национальных меньшинств Ламберто Заньер.

Дальше – больше. 6 декабря Венецианская комиссия опубликовала свои довольно нелестные выводы по этому закону, обозвав его несбалансированным и дискриминационным.

«Закон о государственном языке не смог установить баланс между популяризацией украинского языка и должной защитой языковых прав национальных меньшинств. Имплементация этого закона без законодательных рамок для защиты языковых прав нацменьшинств может привести к дискриминации людей, которые к ним относятся», – говорится в заключении Комиссии.

В результате Украине порекомендовали:

  • пересмотреть закон о государственном языке и подготовить закон о нацменьшинствах, консультируясь с этими нацменьшинствами. Причем, до принятия закона о нацменьшинствах действие закона о государственном языке приостановить;
  • убрать из закона дифференцированное отношение к языкам коренных народов, языкам национальных меньшинств, которые являются официальными языками ЕС, и языкам национальных меньшинств, которые не являются официальными языками ЕС (т.е. русским);
  • «рассмотреть возможность отмены механизма санкций» за нарушение закона или «по крайней мере ограничить его только нарушениями в общественной сфере и в крайних случаях», а также исключить ответственность за умышленное искажение украинского языка в официальных документах и ​​текстах;
  • отменить обязательность применения украинского языка в магазинах, кафе и т.д., а также – документах частных предприятий и предпринимателей;
  • сделать исключение в применении государственного языка при обращении в «скорую помощь», полицию и другие службы в случае экстремальных ситуаций;
  • убрать норму, обязывающую печатные СМИ печатать часть тиража на государственном языке, позволить печать агитационных материалов на любом языке, а также ввести пропорциональные языковые квоты на радио и телевидении.
  • и т.д.

Интересно, что ранее Венецианская комиссия примерно также «порвала» украинский закон «Об образовании». «Здесь надо четко разделить – в отношении языков меньшинств, которые являются языками ЕС, и относительно других. Различие между нормами закона в отношении этих групп слишком большое, последние оказались в значительно худшем положении относительно первых. И, похоже, здесь есть проблемы с соблюдением Конституции Украины, которая отдельно упоминает о русском языке и не упоминает о любом другом», – заявил в январе прошлого года секретарь Венецианской комиссии Томас Маркерт.

«Лед тронулся». Вот только куда

Реакция на выводы Комиссии по поводу закона о государственном языке была интересной.

«Предыдущий президент Украины Петр Порошенко и поддержанные предыдущим парламентом законы хотели положить конец использованию языков меньшинств во всех сферах жизни. Экспертиза Венецианской комиссии доказывает, что языковой закон противоречит международному праву и обязательствам Украины. Мы не будем блокировать вступление Украины в НАТО, как только закарпатские венгры получат отобранные у них права», – заявил неделю назад министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто.

Но основные копья ломались вокруг русского языка. Вопрос обсуждался даже на Нормандской встрече в Париже. «Мы хотим, чтобы русскоязычное население не только на Донбассе, но и по всей Украине пользовалось равными демократическими правами. Русскоязычными на Украине себя считают 38% процентов граждан. Со следующего года все русскоязычные школы переводятся на украинский язык. Насколько мне известно, представители других школ: венгерские, румынские, польские, только с 2023 года. Вроде венгров в Украине не больше, чем русскоязычных», – заявил президент России Владимир Путин.

«У нас люди с неплохим образованием могут говорить, как на русском, так и на украинском языках, у нас это не запрещено. И даже сегодня, говоря об этом, я могу продолжить на русском языке», – ответил ему президент Украины Владимир Зеленский.

Тем не менее, практически немедленно «слуга народа» Максим Бужанский сообщил: «Внес в парламент законопроект об отмене закона о государственном языке. На базе вновь открывшихся обстоятельств и ввиду решения Венецианской Комиссии. Мы все прекрасно понимаем, что ничего общего с защитой и развитием украинского языка, этот закон не имеет. Он направлен на дискриминацию носителей других языков, в первую очередь, русского. Это закон для тех, кто не хочет видеть Украину сильным, современным, многонациональным государством».

Каковы перспективы у этого проекта? Скорее все, он благополучно умрет в кулуарах. А тем временем…

«Сейчас очень важно запустить закон. Нужно начать юридическую защиту государственного языка. Понятно, что каждый закон нельзя назвать идеальным. Но если сейчас мы его не сдвинем с места, а начнем переписывать, то мы процесс не запустим. Со временем, возможно, будут корректировки и уточнения. Но на сегодняшний день я не буду инициировать переписывание закона или отсрочку его имплементации», – заявила несколько дней назад Татьяна Монахова.

И первым под этот «языковой танк» традиционно попадает Донбасс. «Действительно на Донбассе есть проблема фактического отсутствия государственного языка в публичных сферах, предусмотренных законом, и мы будем разрабатывать стратегию гуманитарных и культурных мер. Нужно людей не только штрафовать, это предусмотрено законом, но и мотивировать переходить на украинский язык, учить его и применять там, где предусмотрено законом», – заявила языковой омбудсмен.

Так, что будут не только штрафовать.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять