RU
Все новости

Языковой и паспортный вопросы: Как нужно их решать для Донбасса

В Раде во время принятия закона о языке
В Раде во время принятия закона о языке / Фото: unian.net

Языковой вопрос остается в Украине весьма болезненным, особенно для русскоязычного населения юго-востока. Но в рамках реинтеграции временно неподконтрольных территорий Донбасса решать его придется. И желательно – максимально деликатно. Эксперты высказали «Донецким новостям» мнения, как учесть «особый статус» Донбасса в языковом ракурсе и вообще в ракурсе русскоязычного населения, в том числе – массовой российской паспортизации жителей неподконтрольных территорий.

Мария Золкина, аналитик Фонда «Демократические инициативы имени Илька Кучерива»:

– Статус русского языка на оккупированной в данный момент части Донбасса в рамках переговоров о возвращении этих районов под юрисдикцию Украины будет однозначно использоваться Кремлем с целью усилить их отдельность, отличность, специфичность. Для РФ это вопрос принципиальный и стратегический.

Если рассматривать уже имеющиеся договоренности, то в Комплексе мер по выполнению Минских соглашений от 12 февраля 2015 года (т.н. «Минск-2») вопрос языка входит в широкий перечень тех компонентов, из которых и должен состоять т.н. «особый статус» Донбасса. Так, в пояснении пункта 11 Комплекса мер речь идет и о языковом самоопределении.

В сентябре 2014 года же был принят закон «Об особом порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» – т.н. закон «об особом статусе» ОРДЛО. (Закон регулярно продлевается, но его фактическое действие начнется после перехода территорий под контроль Украины, – ред.). В законе идет речь не о языковом самоопределении этих районов в целом, а о языковом самоопределении каждого отдельного жителя оккупированных территорий Донбасса. И это – принципиально важная разница. Ведь языковое самоопределение территорий (которого по факту сейчас в законе нет) граничит с культурно-языковой автономией, с политической автономией, с отдельными специфическими правами данного региона.

Закон об «особом статусе» в его нынешнем виде формулирует языковой вопрос таким образом, что ОРДЛО будут отличаться от других районов и областей Украины только тем, что там органы местного самоуправления, исполнительной власти будут содействовать возможности использования русского языка (и других языков) в различных сферах. Но не гарантируют, что русский или какой-то другой язык заменит (подменит) собой единый государственный язык – украинский.

Например, житель ОРДЛО имеет право на этих территориях обращаться к украинским органам власти на языке, который он считает для себя родным. К примеру – на русском. Но представитель власти не обязан отвечать (или вести то же судопроизводство, делопроизводство, документооборот) на том языке, на котором говорят жители этой территории.

При этом языковая статья закона об «особом статусе» на данный момент ссылается на бывший закон Кивалова-Колесниченко – а он уже признан неконституционным. Поэтому эту статью однозначно придется менять. И если команда президента Владимира Зеленского при разработке нового закона об «особом статусе» сохранит нынешнюю норму (хотя бы в базовом подходе), то планы РФ по созданию и политической, и языковой автономии на территории ОРДЛО будут частично нивелированы. Хотя бы в языковом вопросе.

Думаю, что в случае изменений закона российская сторона будет заставлять команду Зеленского прописать в статье возможность языкового самоопределения именно территорий, а не каждого отдельного гражданина, как сейчас.

В контексте нелегитимной паспортизации жителей ОРДЛО, конечно, РФ будет использовать языковой вопрос, чтобы доказать – эти территории качественно отличаются от прочих. Что там живут люди, которые этнически или политически не считают себя украинцами. Скорее – представителями соседнего государства. Русскими. Россиянами.

И язык будет служить тем маркером, который РФ будет использовать всегда, даже если эти территории в результате какого-то компромисса будут реинтегрированы в Украину.

В данный момент катастрофы нет. Имеющаяся норма о языке в законе об «особом статусе» не подрывает статус украинского языка. Но украинская сторона должна жестко стоять, что официальным государственным языком на этих территориях может быть только украинский. И какой-либо статус другого языка не может перечеркивать (ни де-факто, ни де-юре) статус единого государственного языка – украинского.

Не уверена, что украинская сторона выстоит в этом противостоянии. Те заявления, которые звучали от новой команды (в стиле «давайте разрешим людям свободно пользоваться русским языком»), показывают, что к языковому вопросу они относятся спокойно, не считая его принципиальной преградой на пути к компромиссу. Но компромисс по языку тоже может быть разным. Имеющийся сейчас – более приемлем.

Валерий Клочок, политический эксперт:

- На сегодняшний день, по разным данным, до 200 тысяч жителей неподконтрольных территорий Донецкой и Луганской областей получили паспорта РФ. Естественно, они не могут себя не идентифицировать с Россией. Но причислять себя к русской нации, конечно, будут не все. Ведь информации о том, что многие получают паспорта в принудительном порядке довольно много. Ситуация сродни с ситуацией с Крымом. И да, это будет компактное проживание не просто русскоязычного населения, а проживания граждан России на территории Украины. И если сегодня ОРДЛО – это часть Украины неконтролируемая самой Украиной, то сценарий а-ля «Крымский референдум» с присоединением к России – очень вероятен. Вопрос лишь в том, когда и при каких обстоятельствах сама Россия начнет педалировать этот процесс.

Определенные посылы звучат регулярно из уст президента РФ Владимира Путина. Даже по итогам его субботней встречи в Москве с канцлером Германии Ангелой Меркель во время общей пресс-конференции неслучайно он снова акцентировал на необходимости закрепления бессрочного «особого статуса» ОРДЛО в Конституции Украины. На что Меркель фактически молча согласилась. Именно «особый статус» (читай – автономия) может открыть путь для вышеупомянутого референдума. И именно юридическая чистота как аргумент для всего мира так важна для Путина в этом вопросе.

Нужно понимать, что процесс реинтеграции (о чем так настойчиво говорят в Офисе президента Зеленского) крайне сложен даже при условии выполнения Минских соглашений. Прописанный в них и принятый еще в сентябре-2014 закон об «особом статусе» только усугубит саму реинтеграцию в выгодном для Кремля ракурсе. Чего собственно и добивается Россия. И именно изменения в Конституцию являются последним необходимым звеном в этой цепочке.

Что же касается языковой проблемы, то она уже решена в законе об «особом статусе». По сути, мы снова возвращаемся к началу – необходимости внесения изменений в Конституцию, чем парламент и собирается заняться в ближайшее время. Вопрос лишь в том, на какой согласятся вариант.

Валентин Гайдай, эксперт Украинского института анализа и менеджмента политики:

– За 5 лет бестолковой политики в отношении ОРДЛО, связанной с изоляцией и блокадой, многие жители этих территорий все меньше и меньше себя ассоциируют с Украиной – политически, культурно или ментально. Хотя соцопросы показывают, что все же большинство жителей неподконтрольных территорий относят себя к Украине.

Конечно, за довольно солидный период – 5-6 лет – на Донбассе выкристализировалась своя некая этнокультура – «народ Донбасса». Что-то подобное было на Кубани, где в конце ХІХ – начале ХХ века сформировалась новая национальность – т.н. «казаки» – не русские, но и не украинцы.

Поэтому, чем дольше Донбасс оторван от Украины, тем сложнее его будет вернуть во всех аспектах назад.

Касаемо российских паспортов, которые там раздают. Напомню, что украинское законодательство запрещает двойное гражданство. И по логике, жители ОРДЛО, получившие российские паспорта, при полном возвращении этих территорий, должны сдать полученные российские документы. Но, во-первых, те, кто получил паспорта РФ, едут потом туда же и работать. А во-вторых, доказать незаконность получения российского паспорта почти нереально, ведь в отличии от крымских паспортов, паспорта, выдаваемые жителям Донбасса – «легальные», так как выдаются ФМС России в Ростовской или, например, в Воронежской области – то есть на официально признанной территории РФ. Отдельный момент, то, что наличие российского гражданства можно просто утаить.

С другой стороны, есть опыт Закарпатья, где венгерское гражданство получило свыше 300 тыс. человек (в сравнении с 200 тыс. жителей ОРДЛО, получивших российские паспорта).

Так что я бы не гиперболизировал проблему с паспортами РФ на Донбассе. Пока это не массовая тенденция – и Киев в состоянии если не остановить ее вовсе, то затормозить, хотя бы снятием блокады и возобновлением железнодорожного сообщения с этим регионом.

Максим Семенов, директор Центра изучения украинской политики:

– Выдача Россией своих паспортов жителям ОРДЛО, безусловно, играет свою роль в вопросе формирования идентичности, однако, во-первых, «паспортизация» довольно ограниченна по охвату населения, и, во-вторых, распространяется, собственно, лишь на территории «Л-ДНР».

При этом на всей территории Украины живут миллионы русских, и русский язык является для них родным. Проводимая с момента получения независимости Киевом политика дерусификации, закрытие русских школ, существенное ограничение в использовании русского языка в кино, телевидении, радио, газетах, сфере обслуживания, попытка ассимилировать русских, попытка отказать русским в праве на собственную идентичность, является грубым нарушением государством Украина базовых гуманитарных прав русских и русскоязычных жителей страны.

Данные действия мотивируются своего рода антиколониальным дискурсом и разрывом связей с «бывшей империей», что несколько странно, учитывая весомую роль выходцев из Украины в истории Русского царства, Российской империи и Советского Союза. Отказывая русским в Украине в праве на идентичность, отказываясь от русского языка, Киев по доброй воле отказывается от сопричастности к одной из мировых культур, одному из самых распространенных языков мира. Что, опять-таки, вызывает лишь недоумение.

Предоставление Донбассу «особого статуса» и реинтеграция неподконтрольных территорий должно повлечь за собой и пересмотр Киевом всей проводимой в последние 30 лет культурно-гуманитарной политики. Я не вижу иного пути урегулирования конфликта и восстановления мира в стране, кроме как отказ Украины от националистической культурно-гуманитарной политики и безусловное соблюдение прав русских и русскоязычных жителей страны.

Это значит отказ от существующей государственной идеологии, отмена всех запретов в культурно-гуманитарной сфере, передача всех культурно-гуманитарных вопросов местным громадам, запрет использования «языка ненависти» политиками и СМИ. Лишь так возможно урегулировать существующий конфликт.

Стоит отметить, что данная позиция – не «против украинского», а «за русское».

Андрей Попов, аналитик, специалист по политическому PR в ToShoNado.Agency:

– Судя по всему, на Банковой надеются, что «неподконтрольные» жители Донбасса сами откажутся от идей «русского мира» и своих российских паспортов в результате проукраинской информационной кампании и после восстановления социально-экономических связей (упрощение пропуска на админгранице, выплаты пенсий и пр.). Другие варианты если и есть, то пока держатся в секрете.

По данным из открытых источников, ключевым инструментом у Зеленского видят русскоязычный канал на базе UATV. Интересно, что менеджмент нового канала будет формироваться не из членов Зе-команды с Донбасса (тот же Сергей Сивохо оказался, почему-то, в стороне), а из активных сторонников Евромайдана и из орбиты фондов Сороса. Я не ставлю под сомнение их профессионализм, но столь ярко выраженная политическая позиция явно снизит рейтинги СМИ для целевой аудитории – жителей неподконтрольных территорий.

Российские СМИ сделают все, чтобы дискредитировать новое украинское медиа, а политические предпочтения топ-сотрудников канала несомненно являются «компроматом» для локальной аудитории. Кремлю достаточно применить технологию дискредитации СМИ, показавшую себя эффективной в борьбе с оппозиционными медиа в самой РФ – они вещают, но мало на что влияют. Перебить эту концепцию мог бы только тезис «канал, который делают свои для своих (выходцы с Донбасса)», но у Зеленского, очевидно, решили делать ставку на что-то другое. На что именно – узнаем в феврале, после запуска канала.

Кроме того, 8 января Офис президента разместил на Work.ua вакансию о поиске «руководителя экспертной группы по вопросам информационных стратегий». По сути – пиарщика-стратега. Примечательно, что резюме они принимали только 1 день – до 9 января. Подать документы за столь короткий срок мог только тот, кто знал об этом заранее. Получается, это очередной фиктивный конкурс, призванный легализовать в ОП какого-то конкретного человека, и именно в привязке к «мягкой силе» Зеленского. Надо полагать, этот антикризисный специалист и будет «украинским Сурковым» – отвечать за «мягкую силу» не только на Донбассе, но и по всем остальным сложным вопросам, включая иранский кризис.

Помимо медиа-кампании власть возлагает надежды на закон о национальных меньшинствах, где должны быть прописаны правила и возможности всех языков, кроме украинского. Из стана «слуг народа» поступали сигналы, что так можно вернуть «региональные языки» в украинское законодательство. Это была проверка общественного мнения, и она ожидаемо вызвала негодование части оппозиции.

То есть вариант возвращения «региональных языков» как при Януковиче – маловероятен. Значит, будут искать варианты гибридные – скрытой легализации русского языка для Донбасса, чтобы не раздражать радикалов, но и своих целей как-то достичь. Очевидно, что пока такое решение не выработано. Возможно, для легализации подобных инициатив используют законодательство об объединенных территориальных громадах (как часть децентрализации) и местные референдумы.

Вывод: пока сложно сказать, как именно Зеленский планирует возвращать Донбасс в украинское культурное пространство (пусть и русскоязычное), но очевидно, что он это планирует. И ставка делается на «мягкую», а не военную силу, что само по себе хорошо. Насколько эффективной окажется информационная стратегия ОП и их медиа-менеджеры – узнаем уже к весне.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять