RU
Все новости

«Пакет на голову – и вперед»: Бывший пленник рассказал о пытках и вымогательстве в «ДНР»

Александр Тимофеев  / Фото:  скриншот видео
Александр Тимофеев / Фото: скриншот видео

Александр Тимофеев попал в плен «ДНР» в декабре 2017 года. Мужчину задержали, когда он вместе с женой Светланой ехал из Киева в неподконтрольный украинским властям Донецк проведать больную тещу, передает «Громадське радіо».

Тимофеев отмечает, что такие поездки в Донецк совершал уже неоднократно, но последняя закончилась пленом и обвинениями в «шпионаже».

«Они просто на блокпосту забрали мой паспорт, сказали ждать. Через час приехали из "МГБ" ("министерство госбезопасности ДНР", – ред.), меня повезли сразу домой в Донецк на обыск и забрали всю технику. Сказали, что, мол, поедем – поговорим. Я понял, что в этой "республике", если едут "говорить", то едут надолго. Так и было: пакет на голову – и вперед», – вспоминает Александр, отметив, что Светлану отпустили.

В «ДНР» Тимофеева обвинили в «шпионаже», якобы он передавал какую-то информацию украинским властям. Основанием стали обнаруженные фото 2014-2015 годов, когда из окна собственной квартиры Александр фотографировал и снимал на видео, как мародерствовали «днровцы». «Происходил разбой и ограбление: квартиры, машины, автосалоны, офисы предпринимателей», – перечисляет мужчина.

Однако причиной его задержания на блокпосту стали не эти фото. По словам Тимофеева, на момент ареста в «МГБ ДНР» о фотографиях не знали. «А почему именно они меня арестовали, они так и не сказали. Единственное, что "судья" говорил, что надо доказать, в чем меня заставили признаться под пытками», – вспоминает Александр.

Тимофеева пытали, все это время он был с пакетом на голове. Затем была сделана видеозапись его «признания», где он рассказывает и «кается» в «содеянном». Однако ничего доказать так и не смогли.

Мужчину приговорили к 14 годам заключения. Привлечь адвоката в Донецке ему не разрешили. «Жена пыталась предложить украинского адвоката, но не позволили, под пытками заставили отказаться. Они предоставляют своих адвокатов, работающих на "МГБ", поэтому мы находимся в полной изоляции. Я два года не получал ни писем, ни записок, не мог иметь телефонные разговоры. Вот что посылала жена в СИЗО – какие-то таблетки, вещи, еду – то и получал, но не мог ответить относительно того, что мне нужно», – говорит Александр.

В обмен на свободу у него требовали деньги, разрешили позвонить семье: «29 июня 2019 года меня еще в СИЗО вывели из камеры, завели в корпус, дали телефон и сказали, что я могу позвонить сыну. Я позвонил сыну, он не ответил, я попросил о возможности позвонить жене. Мне разрешили, я поговорил с ней. Положил трубку, а мне говорят, что вот надо поговорить с неким "Денисом". Он начал говорить, мол, мне дадут 17 лет, но если я дам 30 тыс. долл., то меня освободят просто из зала суда, как он сказал: "Полетишь белым лебедем на свободу"».

Тимофеев отказался платить, поскольку понимал, что это просто вымогательство, и вряд ли его освободят.

В плену его единственной надеждой на освобождение была настойчивость жены Светланы. Женщина не прекращала за него бороться и требовала от украинской власти включения мужа в список на обмен. Хотя он не имел об этом никакой информации. В лагере, куда он попал в октябре 2019 года, смотреть телевидение, и даже несколько украинских каналов по Т-2 заключенным разрешали, но информации о списках и обмене никто не знал.

Светлана Тимофеева

Сторона «ДНР» долго не включали Александра в список на обмен. Освободили лишь 29 декабря 2019 года в рамках большого обмена между Украиной и «Л-ДНР».

«Наверное, есть какое-то шестое чувство. Так и произошло – я вышел, но не все вышли со мной», – добавил Александр и перечислил имена тех, кто остался в плену. По его словам, в помощи государства нуждаются еще Александр Король, Виктор Дзидзюк, Максим Бугай, Василий Петрович Чурилов, Александр Прокофьев, Александр Погорелов, Артем Йена, Вячеслав Фабер, Олег Таран, Виктор Грицай, Александр Бондаренко, Виталий Демьяненко, Владимир Орехов.

Светлана Тимофеева поддерживает мужа в том, что нужно бороться за своих родственников, кто остается в плену, и называть их фамилии. «Мой украинский адвокат с первого дня сказал – или мы поднимаем на поверхность фамилию твоего мужа, или он там может где-то "потеряться". Поэтому я выбрала тактику – бороться. Это риск, но моя борьба сработала. Поэтому я бы посоветовала все же не надеяться на кого-то или на обмен, нужно самим как-то влиять. Если просто сидеть и ждать, никто ничего не сделает», – убеждена Светлана.

Тимофеев планирует остаться на мирной территории Украины. Единственное беспокойство – неопределенный статус бывших пленных. «Нас приравнивают к внутренне перемещенным лицам, но мы давно уже постоянно изгнанные лица. У нас нет возможности вернуться, мое имущество вообще под арестом [в "ДНР"], и я его даже продать не могу. Платим за квартиру, чтобы не забрали, но воспользоваться не можем», – говорит Александр.

Светлана добавила, что нельзя сравнивать людей, которые были в плену, с людьми, которые просто имеют статус ВПЛ. «Потому что они могут ездить на оккупированную территорию к близким, на могилы своих родственников, а мы не имеем такой возможности. Мы должны иметь какой-то отдельный льготный статус», – считает Тимофеева.

По ее словам, соответствующий законопроект проходит экспертный анализ в Офисе президента. Освобожденные из плена на Донбассе и их родственники надеются, что президент их услышит и документ будет подан в Верховную Раду.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять