RU
Все новости

Украина и Россия: Эксперты оценили возможность потепления отношений

Фото из открытых источников
Фото из открытых источников

По мнению президента США Дональда Трампа, если бы Россия и Украина нашли «общий язык», то это было «замечательно для всего мира».

В 2014 году, после аннексии Крыма и начала агрессии РФ на Донбассе, Украина и Россия отозвали своих послов. С тех пор дипломатические связи между странами не восстанавливались. В 2018 году Верховная Рада приняла закон «О прекращении действия Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Российской Федерацией».

В Кремле периодически заявляют, что надеются на восстановление хороших отношений между Россией и Украиной. В последнее время в подобном ключе все чаще высказываются президент США Дональд Трамп, а также ряд европейских лидеров.

Эксперты рассказали «Донецким новостям», возможно ли примирение (учитывая фактор Донбасса и Крыма), а также спрогнозировали, в каких сферах может произойти хотя бы сближение.

Екатерина Одарченко, политтехнолог, глава Института демократии и развития «PolitA»:

– Трамп высказался довольно абстрактно. Но его риторика вписывается в общую тенденцию Запада ослабить хватку касательно РФ. Можно вспомнить возвращение российской делегации в ПАСЕ, разговоры о необходимости снятия санкций...

Если мы говорим об отношениях между Украиной и Россией, то надо вспомнить то же подписание контракта на транзит газа. В нынешних реалиях такие отношения неизбежны, так как наша газотранспортная система дает миллиардные поступления в бюджет. К тому же – речь о газоснабжении не именно Украины, а стран ЕС.

Ускорить решение военного конфликта можно было бы усилением экономических отношений с нашими западными партнерами. Те же США поставляют системы противоракетной обороны Польше, потому что та покупает американский сжиженный газ. Отношения геополитические очень связаны с экономическими. Но, к сожалению, у нас нет пока конкретных инвестиционных планов и серьезных проектов с Западом. Потому и сложно решается вопрос давления на Россию.

У РФ, в свою очередь, есть что предложить странам Европы (те же энергетические моменты). Так что, думаю, Путин лукавит, говоря о мирных планах. Как лукавят и те, кто делает вид, будто верит в них.

Несмотря на проведение «нормандской встречи» и состоявшийся обмен пленными, на Донбассе продолжаются обстрелы (в том числе с периодическими вспышками эскалации). При этом гибридное влияние РФ в Молдове, в Грузии после начатых Кремлем там конфликтов – остается. То же самое и в Украине. Как с помощью замороженных конфликтов, так и с помощью огромного ресурсного влияния на внутреннюю политику этих государств.

Учитывая вышеизложенное, а также «фактор Крыма», в ближайшее 5 лет, думаю, сближение Украины с Россией если и произойдет, то лишь в вопросах газа, а также некоторых облегчениях транспортного сообщения. Не исключено также открытие воздушного пространства. В остальном, думаю, никакого сближения пока невозможно.

Александр Мишин, эксперт-международник:

– Достижение взаимопонимания между Украиной и Россией действительно было бы замечательным событием для всего мира, также как и завершение конфликтов в Сирии, Ливии, Йемене и других горячих точках планеты.

Безусловно, любой конфликт конечен, и история знает множество примеров заключения мира после даже десятилетий войн. Но дьявол кроется в деталях послевоенных договоренностей.

Проблема текущего украино-российского конфликта состоит в том, что цель Москвы в нем – это установление полного контроля над Украиной и ее последующая десуверенизация. Будучи страной-агрессором, Россия уже отторгла более 7% украинской территории, но это только прелюдия. Можно ли себе представить ситуацию, когда Япония бы захватила территории Хабаровского края и Камчатки (а это 7% территории современной России без Крыма) и после этого предложила бы россиянам искать «общий язык» и уживаться, позабыв об утраченных землях? Ответ очевиден – такая ситуация не реалистична.

Также существенная преграда для нормализации отношений – это судьбы сотен тысяч украинцев, искалеченные войной. Травма от российского удара в спину украинцам разрушила идеи добрососедства на десятилетия вперед, и сейчас сложно представить, когда придет поколение, которое не будет в себе нести отпечатка военной трагедии на Донбассе.

Непохоже, чтобы российское руководство, ответственное за кровопролитие, хоть как-то раскаялось в содеянном. Более того, очевидно, что в Москве все также мучаются имперскими болями и не готовы рассматривать Украину как равноправного партнера для диалога.

Выходит, что условий для сближения почти нет. Усталость сторон от войны, истощение России от международных санкций, потребность в реанимации экономической кооперации все еще не формируют твердой почвы для возможного сближения.

В военных доктринах Украины и России стороны сохраняют взаимные враждебные воззрения друг на друга. И подобные позиции укоренились и распространились на другие сферы взаимоотношений.

Образ врага невозможно изжить одними только договоренностями – даже на высшем уровне. Он уже закрепился на уровне идентичности и менталитета обоих народов. Чтобы их перестроить будет даже мало полного ухода россиян со всех оккупированных украинских территорий и смены руководства в Кремле. А это значит: другие виды уступок со стороны России будут иметь еще меньший эффект. Такова цена перекраивания межгосударственных границ с сопредельными странами, щедро политая кровью, которую уже ничем не смыть.

Андрей Окара, политолог:

– Улучшение отношений возможно лишь в случае восстановления территориальной целостности Украины в рамках международно-признанных границ и выплаты РФ определенной компенсации Украине. Но эти условия являются неприемлемыми для России. Так что никакого примирения в обозримом будущем невозможно. Разве что капитуляция со стороны Украины, сдача позиций.

Примирение без выполнения озвученных условий невозможно. Трамп выразил свои благопожелания в формате тоста «за мир во всем мире, за все хорошее». С реальным положением вещей это ничего общего не имеет.

При этом определенное сближение между Украиной и Россией возможно в торговой сфере (впервые с 2012 года назначен российский торгпред), культурной, по части взаимного снятия санкций (к примеру, уменьшение ограничений на въезд в Украину россиян и украинцев – в РФ). Возобновление воздушного сообщения также не исключено, равно как ослабление блокирования российских каналов.

Активное лоббирование этих подвижек идет особенно со стороны Кремля. Там уверены, что Зеленский принципиально отличается от Порошенко тем, что считает возможным договориться с Путиным. И, пользуясь таким раскладом, Кремль будет пробивать удобные себе изменения в двусторонних отношениях.

Максим Степаненко, политолог, Международный центр перспективных исследований:

– Заявление президента Трампа о том, что «было бы замечательно, если Украина и Россия найдут общий язык», звучало бы куда убедительнее, если бы США проявляли больше усилий в решении войны на Донбассе. В частности, Украине действительно не помешала бы сейчас поддержка от Штатов, особенно если учесть тот факт, что на данный момент миротворческий процесс явно буксует.

Как минимум, назначение спецпредставителя по Украине могло бы улучшить дипломатическое положение Украины с РФ. Однако, предвыборный процесс в США создает для Украины такие реалии, при которых наша основная задача заключается в невовлечении нашей страны во внутренние дела США (оно непременно плохо закончится для Украины).

Украина и Россия уже в поисках «общего языка». И для каждой страны в этом есть свой интерес. Для Украины – прекратить военные действия, вернуть потерянную территорию и население. Для РФ – снять с себя «токсичный» конфликт на востоке Украины, при этом сохранив свое влияние на Донбасский регион.

Думаю, в ближайшее время для Украины и России вопрос о нахождении общего языка будет вращаться вокруг темы возвращения Донбасса и Крыма. А тут сложности все те же: политический аспект Минска, стабильное прекращение огня, разведение войск, и в конечном итоге – выборы.

Богдан Петренко, заместитель директора Украинского института исследования экстремизма:

– Заявления Трампа о том, что Украина и Россия должны найти общий язык – это не столько сигнал Украине, сколько – России. Мы должны учитывать, что США сегодня находятся на этапе избирательной кампании. И для Трампа чрезвычайно важно привлечь на свою сторону не только пророссийски ориентированных избирателей, но и избирателей, выступающих за снижение помощи из государственного бюджета другим странам. Не будем забывать, что идеология Трампа – это идеология государственного протекционизма. Это уход от американской модели защиты демократии во всем мире – к модели лоббирования американских интересов.

Другая важная составляющая этого заявления ориентирована на контролируемые Россией информационные потоки. Что бы ни говорили о том, что Трамп вышел победителем из кампании импичмента и одолел демократов, – ситуация не столь однозначна. Голосование провалилось только потому, что республиканцы имели незначительное большинство в Сенате. Поэтому для президента США необходимо заручиться поддержкой российских информационных каналов. Как официальных, так и ботоферм, работающих на Северную Америку. Важно с точки зрения и поддержания себя и противодействия конкурентам со стороны демократов.

Что касается Украины, то, во-первых, мы должны быть готовы к тому, что война с Россией будет волновать мир до тех пор, пока будут происходить активные боевые действия. Локализация войны (она не выходит за границы столкновения) привела к потере интереса западного мира к Донбассу и Крыму.

Во-вторых, есть американские интересы, которые заключаются, в том числе, в ослаблении Европы и сдерживании России. И сдача Украины не входит в такие интересы. Поэтому на каждое антиукраинское заявление президента США мы будем иметь с десяток проукраинских заявлений уровнем ниже. И – сохранение поддержки Украины со стороны США.

Что касается дальнейшей стратегии Украины. Если мы планируем активнее привлекать мир к восстановлению территориальной целостности, то должны демонстрировать не то, какие выгоды от этого получаем мы или какая-то аморфная «мировая система безопасности». Мы должны говорить о корректных экономических выгодах той страны, которую мы хотим «втянуть» в конфликт на нашей стороне.

Максим Яли, политолог, кандидат политических наук:

– Я думаю, ближайшие полгода будут решающими в этом сложном и крайне важном для дальнейшего развития Украины вопросе.

Представители власти, в том числе новый глава Офиса президента Андрей Ермак, заявляли о задаче максимум – провести местные выборы осенью этого года на всей территории Украины, включая ОРДЛО. А это возможно, если верить президенту Зеленскому, только после вывода российских войск с территории Украины и установления контроля на границе с РФ.

Однако российская сторона видит ситуацию по-своему. Несмотря на возможную смену тактики на украинском направлении, связанную с уходом Владислава Суркова, механизм принуждения к братской любви останется, скорее всего, прежним. Если президент Зеленский будет руководствоваться при принятии решений национальными интересами государства, а не заботой о личном рейтинге, тогда вряд ли стоит ожидать прорыва в двухсторонних отношениях.

Другой вопрос – выдержит ли до ноябрьских выборов Зеленский давление со стороны Трампа, заинтересованного еще в одном успешном решении тяжелого наследства Обамы – конфликта на Донбассе.

После провала попытки демократов объявить Трампу импичмент, у него, можно сказать, в определенной степени развязаны руки, в том числе и в вопросе улучшения отношений с Москвой. Которую он рассматривает как потенциального союзника в противостоянии с Пекином. Не говоря уже о мощном нефтяном лобби в республиканской партии, заинтересованном в сотрудничестве с Москвой в Арктике. А главной преградой для более тесных связей США и РФ является решение конфликта на Донбассе.

В ЕС многие страны также хотят снять санкции с РФ, и возможная новая волна экономического кризиса будет лишь усиливать это стремление и давление европейского крупного бизнеса на своих политиков. Изменение риторики президента Франции Макрона (все чаще заявляет о вреде санкций и важности улучшения отношений с Россией) – лучшее тому подтверждение.

Так что президент Зеленский находится под давлением со всех сторон. Однако, как свидетельствует недавнее обострение на фронте, а также крайняя ядовитость интервью Суркова, в Кремле не удовлетворены действиями Зеленского. И встреча в Нормандском формате весной «подвисла». Другой сигнал – Зеленского так и не пригласили (по крайней мере, пока) на празднование юбилея победы 9 мая.

Кремль продемонстрировал, что он не пойдет на вариант «по серединке» – на заморозку конфликта. Ему нужна полная капитуляция Украины… Что и как будет дальше, зависит от многих факторов, в том числе не зависящих от самого Зеленского.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять