RU
Все новости

Донецк снится все реже: Как полиграфист Антон Морозов воссоздал бизнес в Киеве и помогает патриотам (Фото)

Антон Морозов с супругой Олесей
Антон Морозов с супругой Олесей

С Антоном Морозовым можно говорить часами без перерыва. Настолько он интересный собеседник. Ему есть что рассказать, ведь за 39 лет в жизни Антона столько всего произошло. Например, о бизнесе в Донецке, начавшегося с черно-белого принтера и с годами разросшегося до солидной полиграфической компании. Или о проукраинской позиции, которая четко обозначилась еще во времена Оранжевой революции, а также о выступлении на Майдане осенью 2013 года и пятидневной вахте в Межигорье после побега Януковича. Конечно же, об августовском дне, проведенном в плену где-то на окраине Донецка. И обязательно о возрождении после вынужденного переселения.

Компьютер и принтер для старта

После окончания 11 класса, Антон Морозов в отличие от большинства сверстников, устроился на работу. «Я – дитя 90-х и мне очень нужны были деньги. Сначала работал менеджером по продажам на фирме, которая занималась разработкой и производством радиоэлектронного оборудования, в т.ч. и для кабельного телевидения. За несколько лет трудов даже смог купить поддержанную иномарку. Возможно, продолжал бы и дальше работать, но с одним из руководителей не сошлись характерами. Потом таксовал. За полтора года мне это так надоело, что опять подался в "продажники"», – вспоминает он.

Но «на дядю» Антон работал недолго – в 2002 году начал свой бизнес. Компания ALT успешно работает и сегодня, правда, с началом войны на Донбассе переехала в Киев. «Почему я выбрал полиграфический бизнес? Ответ прост. Работая в различных компаниях, в мои обязанности входило и рекламное продвижение продукта. Честно признаюсь – каждое задание для меня превращалось в испытание. Постоянно что-то шло не так – испорченные тиражи, обманутые ожидания, сорванные сроки, низкое качество. Тогда и пришло понимание, что надо попробовать сделать самому. Почему-то я был уверен в своих силах. Компьютер имелся. В кредит купил черно-белый лазерный принтер. Как сейчас помню цену – 180 долларов. И стартанул», – продолжает Морозов.

Антон и Олеся Морозовы

За два года бизнес масштабировался: у компании появился офис в Донецке, добавилась необходимая для полноценной работы техника. «Я понял, что для грамотного развития бизнеса мне не хватает знаний. И поступил на заочное отделение в инженерно-технический колледж при Донецком национальном техническом университете. Изучал менеджмент внешнеэкономической деятельности», – отметил предприниматель.

Брендирование практически всех спортивных турниров

Примерно в это же время началось сотрудничество со спортивным клубом «ИСД», которое бы и сейчас продолжалось, не начнись война. «На момент моего знакомства с директором Марком Бейгельзимером клуб уже проводил детские теннисные турниры "Большая ракетка", аналог "Большого шлема". Это были уникальные для Украины соревнования, на которые в Донецк съезжалось более 200 юных спортсменов. А в 2006-м решено было провести велогонку по стандартам Международного союза велосипедистов (UCI). Для понимания – в нашей стране до этого времени подобные международные соревнования никто не проводил. По факту Донецк стал первым городов в Украине, куда съехались спортсмены элитных шоссейных велогонок», – рассказывает Морозов.

Антон с семьей

Сначала его компания для шоссейных гонок делала всю полиграфию: служебную, брендирование транспорта, рекламу на плоскостях. А спустя год добавились еще и соревнования по маутинбайку. «Ежегодно в Донецке спортклубом проводилось до 20-ти соревнований, помимо велогонок были еще мотогонки, теннис, стендовая стрельба, плавание. Было трудно, но в тоже время интересно. Эта работа научила меня ответственности, внимательности, пунктуальности», – говорит полиграфист.

Несмотря на многолетнее и плотное сотрудничество со спортивным клубом, ALT не стала компанией одного клиента. Антон с сотрудниками делал рекламу для автосалонов, фитнес-клубов, страховых компаний и банков Донецка. «Есть работа времен мирной жизни в Донецке, за которую я горд до сих пор. Это юношеский чемпионат мира по легкой атлетике в июле 2013 года (организатором была макеевчанка Ирина Лищинская – серебряная призерка в беге на 1500 м на Олимпиаде в Пекине; в соревнованиях участвовало более 1600 молодых спортсменов из 176 стран, – ред.). Мы полностью отвечали за наружную рекламу – брендирование стадиона и улиц Донецка. Такой крутой заказ получили без блата и откатов, так как Ирина Лищинская к нам обратилась напрямую, зная мою компанию с хорошей стороны», – поделился собеседник.

Выступал на Майдане и охранял Межигорье

Осенью 2013 года в Киеве начался Евромайдан. Оставаться в стороне Антон не мог и не хотел. «Я неоднократно ездил на Майдан. В общей сложности пробыл там три недели. Несколько раз, когда все еще было спокойно. Даже выступал со сцены. Буквально пару дней после побега Януковича (покинул свою резиденцию 22 февраля 2014 г., – ред.), слоняясь с другом по Хрещатику от палатки к палатке, познакомились с ребятами из третьей сотни. Они предложили охранять "Межигорье". Мы согласились. Нас на 5 дней завезли на самый дальний пост этой необъятной резиденции. Тогда же людей стали впускать, чтобы показать, как шиковал Янукович. Волонтеры привозили еду, с этим проблем не было. Спали в домике, где раньше жила охрана Януковича. Особо погулять по территории тогда не получилось. Единственное, что мельком успел побывать в доме для прислуги. Там свое свободное время проводили начальник охраны, главный садовник, слесарь и другие. После посещения дома, было такое ощущение, что я побывал на съемках фильма про апокалипсис. На кухне стояла кастрюля с бульоном, на разделочной доске лежали порезанные овощи. В столовой стояли кружки с недопитым чаем. Будто бы люди еще минуту назад здесь были, а потом неожиданно исчезли. Уже после переезда в Киев увидел всю эту роскошь и мягко говоря, был в шоке», – рассказал донецкий патриот.

Тату на руке Антона

Патриот с многолетним стажем

Активничал Антон и на донецком Евромайдане. Его родная сестра, художница Елена Емченко, на протяжении двух недель возле памятника Тарасу Шевченко рисовала картину «Евросолидарность». «Проукраинскую позицию я занял еще осенью 2004 года, с началом Оранжевой революции. Через 9 лет она только усилилась. Многие соседи, коллеги и друзья не понимали, почему я был против России. Но когда пытался привести аргументы, сталкивался с агрессией», – вспоминает он.

По возможности Морозов печатал бесплатно листовки. «Некоторые оплатила Елена Маленкова, с которой, кстати, на одной из подпольных встреч донецких патриотов и познакомился. На тех листовках был призыв прийти 17 апреля на митинг в поддержку Украины. К слову, это был последний проукраинский митинг в Донецке. Возле городского Дома творчества на бульваре Шевченко нас собралось более 5 тысяч человек. Хотя уже тогда в городе стояли блокпосты боевиков, было захвачено здание областной администрации и полным ходом шли бои за освобождение Славянска и Краматорска. А мы не побоялись и вышли на митинг, с плакатами, украинскими флагами и в вышиванках», – вспоминает Морозов.

А через три дня, как раз на Пасху, Антон сломал ногу. Да так, что пришлось делать две операции. «И я засел дома, лишь несколько раз выехал в офис, который был в ТРЦ "Декор Донбасс". А это в сотне метров от областной прокуратуры. Само же производство находилось в промзоне Калининского района. К этому времени там уже хозяйничал батальон "Восток" (его возглавлял Александр Ходаковский, в составе батальона на тот момент было много чеченцев). Там же еще были рабочие общаги, которые заселили подчиненные Ходаковского», – рассказал собеседник.

Антон честно признается, что до последнего наделся, что все образуется. Он не верил, что будет война. Но все же детей на всякий случай еще в июне 2014-го вывез к своим знакомым в Харьковскую область. Мальчикам тогда было 5 и 7 лет. «Они видели этих людей от силы пять раз. Сыновья вдали от мамы и папы прожили два месяца. Это не прошло бесследно, у них психологическая травма, которая периодически дает о себе знать. Когда приходится с женой задерживаться на работе, сыновьям кажется, что мы уехали и их бросили. Потом мои родители забрали мальчишек и переехали в арендованный домик в селе под Днепром. Я же с супругой оставался в Донецке», – продолжает он.

В плену у чеченцев и казаков

Если бы знать, где упадешь, соломинку подстелил бы. Если бы Антон знал, что его ждет, то не раздумывая, собрал вещи и уехал из захваченного города. В конце августа, в разгар дня, дончанина выкрали чеченцы. Это произошло на следующий день после разговора со сторонником «ДНР», будущим «республиканским мэром» Донецка Игорем Мартыновым.

«Мы шапочно были знакомы, когда участвовали в организации велогонок, ведь часть мероприятия проходила в парке имени Щербакова. А Мартынов в то время был директором этого парка. Так вот, накануне у меня с Мартыновым был разговор, и он пообещал мне беспрепятственно вывезти на подконтрольную территорию оборудование из типографии. Слово за слово, в разговоре я даже не пытался скрывать свою проукраинскую позицию. Мартынов в свою очередь предлагал остаться в "республике", в которой люди наконец-то заживут, а экономика взлетит до невиданных высот. Мы разошлись, оставшись каждый при своем мнении. А на следующий день во дворе дома неизвестный проезжая мимо моей машины, врезался в нее. Я выхожу, он начал рассказывать, что случайно, мол, извини, давай заплачу за поврежденный бампер. Я готов был его отпустить, но он настаивал. Когда я согласился на возмещение ущерба, выяснилось, что при себе денег у него нет. Предложил проехаться к нему домой, сказал улицу, это было рядом. Отъехав пару минут, нас подрезал автомобиль, из которого выскочили четыре автоматчика. Сразу повязку на глаза, связали руки за спиной, посадили на заднее сиденье и увезли в неизвестном направлении. Несколько часов сидел, не видя ничего. Только слышал голоса с характерным "кавказским" акцентом. И таки я был прав, это были чеченцы, но к "Востоку" они не имели никакого отношения», – вспоминает дончанин.

Был допрос: кто такой, чем занимаешься, чем можешь быть полезен «республике». «Я дал понять, что денег у меня нет. И я не обманывал. Незадолго до "русской весны" в арендованном цеху сделал классный ремонт и докупил оборудование. Говорю им: если надо оборудование, то оно в типографии, а она охраняется людьми Ходаковского. После этих слов их интерес ко мне поубавился, видимо, между ними и "Востоком" были не очень теплые отношения. И меня передали казакам. Точное место расположения не знаю, где-то в поселке Алексеевка, это в Буденновском районе. Они были менее лояльны к моей проукраинской позиции. Получил "лещей" от них. Выслушал лекцию о том, что какой я плохой, потому что за Украину и какие они хорошие, потому что отстаивают мое право на лучшую жизнь», – мужчина пересказывает суть разговора почти 6-летней давности.

После душещипательной беседы Антона посадили в темную комнату в каком-то цеху. И только через щель между порогом и дверью пробиваются солнечные лучи. Ближе к закату привезли людей, которые, как оказалось, были на работе – копали окопы. Туалет – 5-литровая бутылка на всех, а это 20 человек вместе с Морозовым.

В это время жена Антона стала обзванивать знакомых в поисках супруга. Все в ласковой форме дали понять, что им не до этого. И лишь одна знакомая пообещала посодействовать. «Думаю, просто повезло, что она попала на тех людей, у которых я был. А потом пришли несколько автоматчиков и меня отпустили. Наверное, эта знакомая рассказала им, какой я молодец. Пришедшие за мной пытались себя обелить, что они хорошие, а это чеченцы людей похищают. Угостили сигаретами, на машине отвезли домой», – вспоминает Антон тот момент.

Вывез грузовик с оборудованием, которое оказалось нерабочим

После ареста, длившегося около 12 часов, Антон на некоторое время затаился. Все его мысли были о воссоединении семьи на мирной территории и как по максимуму вывезти полиграфическое оборудование из типографии. Через знакомого удалось беспрепятственно транспортировать оргтехнику. Но уже в Киеве выяснилось, что все старания были зря. «Практически всё выбросили, оставив только два принтера, один из которых до сих пор работает. За оборудованием либо нужен уход, либо, если не эксплуатируется, его нужно законсервировать. Понятное дело, ничего из этого сделано не было, т.к. у нас не было доступа в цех», – отметил профессиональный полиграфист.

Антону и его семье, как и большинству переселенцам, не обладающим «финансовой подушкой», первые годы было трудно. «Новый город, в котором мы никого не знаем, и нас никто не знает. Начинали не только новую жизнь строить, но и заново бизнес. В Донецке мы работали в корпоративном секторе с крупными компаниями. Как такового контакта с клиентами не было: получил задание, отправил макет на согласование, одобрили, напечатал и отправил. А вот с переездом в Киев вектор деятельности пришлось изменить – упор был сделан на розницу. Сняли офис в Шевченковском районе, сделали табличку с названием, с перечнем услуг. Брались за все. Сейчас уже "обросли" клиентами: клубы, рестораны, различные компании, которые проводят ивенты», – пересилил предприниматель.

Наклейки для волонтеров, военных и врачей

По мере возможности, Антон занимался волонтерством и продолжать это делать даже спустя 6 лет после начала войны. «Я стараюсь это не афишировать. Для военных всегда сделаем сканирование и распечатку документов. Это самое малое, что я могу сделать для защитников. Для пацанов из "Правого сектора" печатал наклейки на машины. С началом войны и по сегодняшний день бесплатно делаю различную полиграфию для Алины Косовской из Авдеевки, которая является руководителем благотворительного фонда "Зорі надії". В начале 2015 года в сети познакомился с Леонидом Краснопольским. К сожалению, в реальности увидеться нам так и не удалось (Леонид погиб 4 февраля 2018 года в ДТП, произошедшем в Днепре, – ред.). Для его интернет-магазина печатал наклейки. Во все посылки Леня вкладывал наклейки и говорил, что они покупателям больше нравятся, чем футболки», – с улыбкой вспоминает волонтер.

А недавно, с началом «антикоронавирусного» карантина к полиграфисту обратились с просьбой напечатать наклейки для врачей, чтобы их могли идентифицировать и беспрепятственно пускать в общественный транспорт. Или чтобы водитель подвез врача, увидев эту наклейку у него на верхней одежде. «Я кинул клич в вайбер-группу, в которой общаются рекламщики и полиграфисты со всей Украины. Предложил напечатать эти наклейки для своих регионов. Честно, не думал, что инициатива найдет отклик у коллег. Я не вижу в этом чего-то героического, но с другой стороны, в такое непростое для малого бизнеса время даже печать наклеек – неоценимая помощь», – уверен основатель типографии ALT.

К слову, печать наклеек в Донецкой области на себя взял предприниматель из Славянска Денис Пидченко.

Донецк снится все реже. Обрубило

Первое время Антону Морозу очень часто снился Донецк. Сейчас уже редко. Переселенец признался, что как бы не сложились события на родине, обратной дороги нет. «Не хочу жить рядом с теми, кто злорадствовал и потешался после моего освобождения из плена. Возможно, у меня была бы до сих пор сильная ностальгия по городу. Но заточение, пусть и такое непродолжительное, все обрубило. Помните старый анекдот, когда на таможне еврея не хотели выпускать из России, потому что у него была клетка, а в ней попугай ценной породы. Таможенник говорит, что можно только чучелом или тушкой. Шум, ругань, беготня, документы. Наконец попугай не выдерживает и говорит: "Изя, хоть чучелом, хоть тушкой, но только вывези меня из этого дурдома!" Так и я, готов был бежать из новообразованной "республики"», – заключил собеседник.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять