RU
Все новости

Из банкиров – в саперы: Жительница Лисичанска разминирует родную Луганщину

Деминер Людмила Вандяк / Фото: WoMo.ua
Деминер Людмила Вандяк / Фото: WoMo.ua

Деминер Датской группы по разминированию (DDG) Людмила Вандяк работает в организации DDG уже почти 3 года, в ее команде по разминированию насчитывается 20 человек, всего двое из них – женщины, пишет «WoMo.ua».

«До начала военного конфликта я работала в банке, про мины совершенно ничего не знала. Потом начался военный конфликт, мы выехали из Первомайска в Одесскую область, и я сразу ушла в декрет. Как-то случайно увидела в соцсетях объявление, что требуются деминеры. И решила подать заявку. Приехала в Лисичанск, меня ждал месячный тренинг: практика, теория, абсолютно новые для меня знания. Было примерно два десятка кандидатов, из них – всего 4 женщины. По окончанию мы сдавали тестирование. Оказалось, что я написала его лучше остальных и, соответственно, автоматом прошла отбор. Так я и стала сапером», – рассказывает деминер.

Мужу Людмила не сразу сказала, что собирается заниматься разминированием. Сообщила, что подала заявку в международную компанию, но не уточнила, на какую позицию. Когда супруг узнал правду, был шокирован, однако выбор жены принял.

«Он просто спросил перед моим отъездом: "Чем ты будешь заниматься на тренинге?". Я сказала: "Обучаться профессии сапера". Он возмутился: "Сама? Вперед, на амбразуру? Но у тебя же дети, это опасно!" Но он знал, что если я что-то решила, то обязательно сделаю это. И уступил», – вспоминает Людмила.

Сейчас она с дочкой живет в Лисичанске, недалеко от места ее работы, в полях Луганщины. Муж остался в Одесской области.

По словам женщины, услышав о ее роде деятельности, все знакомые недоумевают, особенно удивляются женщины. Однако Людмила утверждает: эта профессия безопасна при соблюдении всех норм техники безопасности.

Пятилетняя дочь Людмилы постоянно спрашивает маму, что она делает на работе: «Я говорю, что работаю в поле. Дочь расспрашивает, что именно мы там делаем – ходим по кругу что ли? Я отвечаю, что очищаю землю. Я пока не говорю про мины. И один раз у нас в садике был забавный случай. Я пришла забирать дочку, а воспитательницы спрашивают меня, где я работаю. И дочка вдруг вместо меня отвечает: "Мама копает ямы". А я просто устала уже отвечать на все эти вопросы: "А как, а зачем? Ты – сапер? Это нереально, этого не может быть". Мне кажется, многие даже не верят, что я говорю правду. Поэтому и не рассказываю незнакомым людям», – говорит Людмила.

Она отмечает, что самое сложное в работе – это находиться на жаре в полной экипировке весом около 5 кг. А свой первый выезд помнит до сих пор. Говорит, было захватывающе, волнительно и страшно. Ведь, несмотря на все тренинги, она не знала, что ждет ее на поле. «Наверное, мы, кучка дебютантов, казались смешными более опытным саперам. Мы, как цыплята, толпились на поле, боясь сделать шаг вправо или влево», – смеется Людмила.

«Важно доверять своим коллегам, быть единой командой, ведь от этого зависят жизни. Порой мы работаем по одному человеку на линии, а иногда двигаемся группой, если применяем широкорамочный миноискатель, используемый для обнаружения крупных снарядов. Выехав на поле, руководитель группы проводит брифинг, раздает задачи и отправляет на конкретный участок. „Грязную" территорию мы маркируем красными колышками, а "чистую" – белыми», – рассказывает деминер о своей работе.

Однажды Людмила обнаружила противотанковую мину. Ее команда очищала поле, она несла рамку, а ее коллега – прибор, показывающий фон. Обнаружив сигнал, они поняли, что под ними – что-то очень большое и опасное. Этот случай женщина называет самым экстремальным в своей практике. Не запаниковала, действовала согласно инструкциям, территорию ограничили, отошли на 90 м от боеприпаса. Только когда подошли к служебным машинам, она осознала, насколько близко подошла к мине. Говорит, возможно, в тот день спасла жизнь какому-то фермеру, который мог проехать по этому полю на тракторе.

Деминер утверждает, что собирается заниматься разминированием родной земли столько, сколько потребуется. «Вы меня спросили, когда же я решилась? Вот когда я добралась уже на базу, от которой до моего дома примерно 40 км. В мирное время можно было доехать за полчаса. Тут уже все родное: деревья по-своему выглядят, терриконы, это все греет душу. Я понимаю, что здесь будет расти моя дочка, бегать по прудам и паркам. Сейчас это все запрещено, а хочется, чтобы наши дети от этого не страдали», – делится Людмила.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять