RU
Все новости

Одного ДНК недостаточно: Как исследуют останки бойцов ВСУ, погибших на Донбассе

В статусе «пропавший без вести» остается еще около 70 военнослужащих ВСУ, воевавших на Донбассе. Процедура идентификации личности – это работа десятков разнопрофильных специалистов. Одной экспертизы ДНК недостаточно, т.к. были случаи совпадений ДНК погибшего с образцами нескольких кровных родственников, которые не подозревали о существовании друг друга. Об этом рассказал руководитель отдела репатриационных мероприятий и поисковой работы Управления гражданско-военного сотрудничества Генерального штаба ВСУ полковник Михаил Котелевский, передает «АрмияInform».

Он уточнил, что официально в 2014 году количество пропавших без вести военнослужащих ВСУ было 525, на сегодня – до 70-ти. Последняя цифра колеблется в ту или иную сторону. В этом году были идентифицированы и похоронены еще двое военных, которые считались пропавшими без вести с 2014 года.

Около190 тел похоронены как временно неустановленные лица на трех кладбищах страны – Кушугумском в Запорожье, Краснопольском в Днепре и Луганском в селе Чмыровка (под Старобельском, Луганская обл.).

Первоначально останки погибшего исследуются по ДНК – их сравнивают общей с генетической базой родственников всех погибших.

Используемое в Украине оборудование позволяет провести генетическую экспертизу по 24-м так называемым локусам (место расположения ключевого гена или части ДНК на хромосоме). Сейчас такое оснащение имеют все научно-исследовательские экспертно-криминалистические центры МВД Украины, где проводят большинство экспертиз. «Достоверность экспертиз с появлением нового современного оборудования сомнений не оставляет. Тем более, что из процесса сравнения генотипов почти полностью исключен человеческий фактор, любые манипуляции на этом этапе невозможны», – подчеркнул Котелевский.

Биологические образцы вместо имен их владельцев имеют только кодированный номер. Центры работают с нумерованным «объектом», а не с персонализированными останками. Из биологического образца составляют матрицу генотипа, который не меняется у человека в течение всей жизни. Ее заносят в общую электронную базу МВД. Далее машина автоматически ищет генетическое родство генотипов, указывает на них и на степень их родства.

Самый точный результат по ДНР (с вероятностью 99,9999% и больше) можно получить, имея биологические образцы матери и сына. Так как мать передает биологическим детям свою митохондриальную (или «женскую») ДНК. «Она расположена в ядре клетки отдельно от других хромосом и передается непрерывно только по женской линии. Недаром же многие народы мира записывают родословную именно по женской линии – биологической матери», – пояснил Михаил Котелевский.

Но для полноценной экспертизы результатов только ДНК недостаточно. Параллельно проводятся ряд иных экспертиз.

Так, судмедэксперты исследуют стоматологические данные. «Если есть прижизненная ортопантомограмма, то есть рентген челюстей с зубами, эксперты могут сравнить ее с данными погибшего и со стопроцентным результатом или подтвердить, или опровергнуть предварительные выводы экспертизы ДНК по принадлежности конкретного тела определенному лицу. Это важно, потому что имели место единичные случаи частичных совпадений ДНК родственников погибших сразу с несколькими телами павших. Иными словами, имели дело с кровными родственниками, о существовании друг друга они даже и не знали», – привел пример эксперт.

Также эксперты учитывают, при каких обстоятельствах найдено и до какого места было доставлено тело или останки, какого размера одежда и обувь, наличие татуировок и других индивидуальных признаков. Проводят исследования антропометрических характеристик костей погибшего, по возможности (в зависимости от состояния объекта исследования) определяется группа крови и биологический возраст воина.

«Обязательно проводится фотопортретная экспертиза, когда берется прижизненное портретное фото пропавшего без вести и в такой же проекции фотографируется черепная коробка погибшего, а далее проводится сравнение по определенным методикам исследований. Одинаковых черепов, как и отпечатков пальцев, не бывает, поэтому получаем дополнительные доказательства или опровержения предварительных выводов экспертов», – рассказал Котелевский.

«Каждая комплексная судебно-медицинская экспертиза представляет собой в буквальном смысле научную работу, которая может длиться от шести месяцев до двух лет в зависимости от состояния остатков и от сложности поставленных перед экспертами задач», – добавил он.

По совокупности всех этих результатов следователь получает серьезную доказательную базу для дальнейшего принятия решения по установлению лица, то есть кому именно могут принадлежать тело или останки погибшего.


Как сообщалось ранее, в «ДНР» также проводят идентификацию останков погибших по ДНК. Но в «республике» с этим направлением имеется ряд проблем:

  • есть только одна судебно-медицинская лаборатория, которая расположена в Донецке;
  • используется устаревшее оборудование, которое может вести сравнение только по 18-ти локусам;
  • могут извлекать ДНК только из крови и ногтей, т.к. работа с волосами и костью требует других методик и оборудования;
  • острая нехватка расходных материалов.
  • работа ограничена из-за нехватки сравнительных образцов родственников.

За 3 года работы лаборатории в «ДНР» смогли сформировать всего около 200 генотипов трупного материала, опознали лишь 32 погибших.

Лаборатория предоставляет также платную услугу определения отцовства по ДНК-тесту, ее стоимость в 2018 году составляла 31,5 тыс. руб. (13,3 тыс. грн). Для сравнения – цена такой услуги на тот период была 4200-4500 грн.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять