RU
Все новости

Но нет его и в мире: В Украине нет четкого механизма по обмену пленными

Татьяна Иванова и Валерия Лутковская на панельной дискуссии
Татьяна Иванова и Валерия Лутковская на панельной дискуссии

В Украине до сих пор не урегулирован механизм обмена пленными. Но он также четко не определен и на международном уровне. Как передает корреспондент «Донецких новостей», об этом говорили участники панельной дискуссии «Год после "большого обмена". Как он повлиял на правосудие в связи с вооруженным конфликтом в Украине?».

«Большой обмен» состоялся 29 декабря 2019 года. Тогда украинская сторона вернула 76 пленников из «Л-ДНР», а «республикам» передали 124 человека.

В организации данного обмена принимала участие экс-омбудсмен Валерия Лутковская, которая на тот момент являлась представителем Украины в Трехсторонней контактной группе.

Она отметила, что основная проблема – отсутствие утвержденного всеми сторонами переговоров самого механизма обмена пленными. «Механизма как такого нет. И Украина вряд ли в состоянии его самостоятельно определить. Переговоры по обмену очень сложные… И в рамках переговоров в Минске спрогнозировать наперед ситуацию, как это будет, – просто невозможно. Потому что ситуация может меняться каждый день, каждую минуту. Через полчаса, как мы договорились о чем-то, это может быть подано совершенно в ином ракурсе», – пояснили она последствия отсутствия утвержденного порядка.

Еще одна проблема обменов – невозможность юридически, фактически проверить лиц, которые находятся в «Л-ДНР» и подаются украинской стороной на обмен.

В основном, украинская сторона формирует списки на обмен на основании обращений родственников. «Люди пишут заявление, в котором указывают, что по их мнению, их родственник незаконно удерживается в ОРДЛО и они просят включить его в список. И очень трудно документами доказать, что действительно этот человек находится под стражей. И это огромная проблема. Потому что я выходила на переговоры с участниками этого процесса, и даже не могла подтвердить, что те или иные лица действительно находятся под стражей. У меня была только информация от родственников, "на словах"», – вспомнила экс-омбудсмен.

По мнению Лутковской, пока не завершится вооруженный конфликт «у Украины никогда не будет возможности проверить, кого мы запрашиваем у противоположной стороны, кого мы включаем в список». Поэтому возможны случаи (как они и были), что на подконтрольную территорию попадают лица не всегда с проукраинской позицией.

Экс-омбудсмен считает, что в такой ситуации переговорщики должны руководствоваться Конституцией Украины, в которой указано, что «в центре должен стоять человек, и обязанность государства – освободить человека, который незаконно оказался в заключении». «Причем это касается всех удерживаемых. А когда мы их привезем на подконтрольную территорию, тогда уже по отдельным лицам будем разбираться – подпадает он у нас под ответственность или нет. Но мы должны исходить из презумпции невиновности, а уже в случае появления доказательств – начинать уголовный процесс», – сказала Лутковская.

Эксперт в ТКГ, юрист Татьяна Иванова также подтвердила отсутствие четкого механизма по обмену пленными. Однако она отмечает – такого механизма нет в мире.

«С точки зрения международного гуманитарного права, вообще не урегулирован процесс обмена. Впервые об обмене говорилось в Международной декларации о законах и обычаях войны еще в 1874 году. И после этого им пользуются как обычаем, наработали практику за почти 200 лет, а международных именно законов нет. То есть четкого регулирования нет», – сказала она.

Эксперт изучила судебную практику, связанную с обменом пленными, как украинскую, так и других государств – в рамках чеченской войны, грузинской, балканской. И в целом, по ее мнению, у украинских судов нет глобальных проблем, они могут основываться на международном опыте. «И постановления наших судов по обмену ничем не отличаются от других государств. Да, у нас ссылаются на Минские соглашения, но и они – это обычай ведения вооруженного конфликта, который наработан международным гуманитарным правом. То есть при обмене правоохранительные органы обращаются за изменением меры пресечения [удерживаемых лиц] – это их право, а суды используют международное гуманитарное право – что они и делают. То есть я не считаю, что в этом отношении в Украине происходит ломка через колено судебной системы, как часто у нас говорят в обществе», – пояснила Иванова.

При этом она признает, что много моментов необходимо разработать и доработать в украинском законодательстве. «Например, людей, которые участвуют в обмене, сейчас мы называем "незаконно удерживаемые". Но на законодательном уровне не урегулирован этот вопрос. Поэтому нужно на законодательном уровне определить – кто из них военнопленные, кто из них заложники, а кто – политические заключенные. И иные моменты», – сказала юрист.

«В международном плане процесс обмена обозначен как взаимное понимание между воюющими сторонами. И кроме взаимопонимания в международном праве ничего к процессу обмена не применяется. То есть обмен не подпадает ни под "политические договоренности", ни под что-то еще. Только взаимное понимание по конкретному обмену», – заключила Татьяна Иванова.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять