RU
Все новости

Газоизжоги, каторжные условия труда и ваза из глыбы угля: О чем рассказывают в музее в Донецке (Фото)

Фото: российского издания «Комсомольская правда»
Фото: российского издания «Комсомольская правда»

В неподконтрольном украинским властям Донецке работают учебная шахта и шахтный музей – при горном техникуме.

Как сообщает российская «Комсомольская правда», здание Донецкого горного техникума им. Абакумова узнает каждый дончанин – на крыше его «лежит» распахнутая бетонная книга, вес которой достигает 470 тонн. В техникуме есть подземная «лаборатория» для будущих шахтеров – учебная шахта, а также шахтерский музей – Мемориальный музей имени Абакумова. В нем проводятся экскурсии.

В музее рассказывают о том, что первые шахты, открытые еще в 17 веке, носили название музыкального инструмента – дудки – из-за ветра, который гудел в стволе шахты.

«Забойщик долбил уголь обушком или кайлом – это было основное орудие труда в то время, саночник на четвереньках доставлял этот уголь к стволу, который был тогда всего 14-16 метров, там уголь загружался в деревянную бадью и при помощи каната поднимался на поверхность. Там уголь пересыпали в бричку, которую волы доставляли в Мариуполь для военно-морских и торговых флотов, а вскоре и на металлургические заводы старой Юзовки», – делится экскурсовод Татьяна Шахова.

По ее словам, условия труда шахтеров были каторжными – по 13-15 часов в сутки под землей при +38°C. Работали полураздетыми. За этот адский труд полагалась зарплата от 60 копеек до рубля.

За малейшую провинность рабочих наказывали, когда они получали зарплатную книжку, вся она пестрела от красных чернил – нарушений, за которые шахтеров штрафовали. Порой эти штрафы «съедали» большую половину зарплаты.

А у лампоносов зарплата была и того меньше – от 15 до 20 копеек. Часто на этот труд нанимали детей. Бледные, изможденные, они вынуждены были за смену разносить десятки ламп и следить, чтобы те не погасли. Лампы, заправленные конопляным маслом, ужасно чадили коптели и порой взрывались.

Также в музее есть копия одной из картин первого художника Донбасса Николая Касаткина «Тягальщик». На картине подросток тащит санки, груженые углем. На такой работе могли работать только молодые крепкие люди – от 16 до 30 лет. Надолго их, конечно, не хватало.

Метан, скапливавшийся в забоях, и тогда доставлял немало бед шахтерам, и его попросту выжигали. Для этого существовала профессия выжигальщика или газоизжога – настоящего смертника, который надевал на себя обильно смоченный водой и вывернутый шерстью наружу овчинный тулуп. В руках у него был факел, которым и выжигался газ. Частенько тот взрывался. В месяц газоизжогов погибало не меньше двухсот человек. А семья погибшего получала единоразовую компенсацию от 5 до 10 рублей.

Жили шахтеры в жутких условиях – сырых землянках и душных бараках, где на нарах размещалось от 40 до 60 человек, дети их не знали школ и больниц, а зачастую и умирали в младенческом возрасте. А если им удавалось выжить, их ждал каторжный труд на шахтах, где уже трудились их родители.

При этом уже тогда в Юзовке (как назывался нынешний Донецк) была главная Рутченковская улица, где размещались особняки иностранцев, магазины, суды. Это был район для тогдашней элиты.

Работали в шахте и женщины. Одной из рекордсменок была Королева Екатерина Федоровна, стаж работы которой в шахте составил 71 год.

Есть в музее и свой прототип каменного цветка – ваза, вырезанная из цельной глыбы угля. Высотой она не меньше 50 см, внутри полая.

«Как будто немногое изменилось и в наши дни. Условия труда у шахтеров, конечно, модернизированы и семьи их не живут в землянках, но труд остается тяжелейшим и малооплачиваемым. А учитывая задержки в выплате зарплат, и вовсе неблагодарным», – отмечает издание.

Мы обновили правила сбора и хранения персональных данных

Нажимая накнопку «Принять» или продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с обновленными правилами политики конфиденциальности и даете разрешение на использование файлов cookie.

Принять